Музыка теней

Вождь грубо сказал Джеффри, чтобы ноги его не было на землях клана. Но Джеффри знал, что если он послушается родственника и не будет навещать его при случае – а его визиты в Шотландию не смогут остаться незамеченными, – тот воспримет это как смертельную обиду и станет мстить.
Барон нанес визит вежливости лишь однажды, сразу после свадьбы Бродика с леди Джиллиан. Дядя Морган просил его навестить Джиллиан. Морган, младший брат отца Джеффри, был раздражительным и замкнутым стариком. Он почему-то считал, что Джиллиан будет хорошо среди шотландских горцев. К своему удивлению, Джеффри обнаружил, что его дядя оказался прав и леди Джиллиан вполне счастлива в браке. Она приняла гостя с должным гостеприимством, и это несколько сгладило грубость ее мужа.
Хотя Джеффри ни за что не признался бы в этом Бродику, визит к нему произвел на Джеффри впечатление. Они жили не в замке, а в скромной хижине, чуть больше той, в которой жила прислуга Джеффри. Впрочем, ни Бродика, ни Джиллиан этот факт, похоже, не смущал, их занимали более насущные проблемы. Основной обязанностью Бродика было защищать жену и интересы клана. Джиллиан, конечно, хотелось присутствовать на свадьбе Габриелы, но поскольку она сказала Бродику, что он скоро станет отцом, тот наотрез отказался отпускать жену.
Монах, рассказавший Джеффри о судьбе Лайама Макхью, спешил так, словно за ним гналась свора диких псов. Вскорости он исчез за поворотом.
Джеффри вернулся во владения Бьюкененов, и Бродик не был рад видеть родственника так скоро.
Вождь ринулся на Джеффри как на врага. Он был высок и мускулист, тело его покрывали боевые шрамы, а взгляд не предвещал ничего хорошего. Рядом с вождем шел свирепый воин по имени Дилан. Затем к встречающим добавилась еще пара воинов.
Джеффри не торопился спешиться и дождался, пока Бродик сам подойдет к нему. Вождь встретил его, не скрывая враждебности, но барон и не ждал от него иного.
– Я думал, что избавился от тебя.
Джеффри пропустил оскорбление мимо ушей.
– Лайам Макхью в Арбейнском аббатстве.
Бродик поумерил свой пыл.
– Он жив?
Барон передал слова монаха.
– И что же, гром его раздери, означают слова «надеюсь, Бог не оставил его своей милостью»? Лайам либо жив, либо мертв.
– Должно быть, он хотел сказать, что Лайам Макхью был жив, когда он оставил его, – предположил Джеффри. – Передашь это вождю Макхью?
– Передам.
Бродик повернулся к барону спиной и пошел прочь, попутно отдавая приказы своим людям. Сам он собирался вместе с Макхью ехать в Арбейнское аббатство. Он был уверен, что Кольм Макхью готов на все, чтобы выведать, кто обошелся так с его братом. Даст Бог, Лайам будет жив, когда они доберутся до аббатства.

Пока Гилрой набирался храбрости, чтобы сообщить родным Лайама о его местонахождении, Габриела готовилась к свадьбе. Каждый вечер, когда все ложились спать, она навещала Лайама. Тот не приходил в себя. Ее телохранители охраняли его покой. Когда Лайам наконец очнулся, отец Франклин терпеливо разъяснил ему, что, хотя храм Божий и является святой землей, где творить зло грешно, он не может гарантировать, что какой-нибудь язычник не проникнет сюда, чтобы довершить свое черное дело, а посему рисковать не стоит. Он сказал Лайаму, что леди Габриела прибыла в аббатство для венчания и любезно согласилась выделить ему охрану. Лайам был еще очень слаб и не стал возражать. Лайам не говорил со стражей, он не понимал их языка.
Когда Лайам пришел в себя, отец Гилрой решился доставить послание и отправился в путь на рассвете следующего дня. Вернулся уже затемно. Он постучал в дверь леди Габриелы, и она рада была видеть его, хотя и удивилась, что он вернулся так скоро. Она проводила его на балкон, усадила на стул и сама села напротив.
– Вы хорошо себя чувствуете, отец? – спросила она.
– Да, – ответил он. – А вы, миледи?
– Замечательно, – сказала она. – Но меня терзает любопытство. Могу я узнать, как вы умудрились так быстро выполнить поручение?
– Я летел как ветер, – хвастливо ответил он.
В дверях появилась служанка с подносом. Габриела кивнула ей, и та поднесла кубок с водой монаху. Мучимый жаждой, отец Гилрой поблагодарил ее и сделал большой глоток.
– Вождь Макхью обрадовался известию о брате?
– Полагаю, что так, – ответил он. – Видите ли, я отправился не во владения Макхью. Я решил, что будет разумнее обратиться к Бьюкенену, чтобы тот сообщил обо всем вождю Макхью. Они союзники, и до владений Бьюкененов от аббатства гораздо ближе.
– Понятно. – Габриела положила руки на колени. – А вождь Бьюкенен