Музыка теней

не сможет найти. Риск слишком велик. Барон потратил немало времени, чтобы придумать, как выманить Габриелу из укрытия.
Он готов был к очередному шагу: удостовериться, что Габриела действительно у Макхью. Для этого он вызвал вождя Макенну. У вождя были люди, которые сумеют остаться незамеченными на Северном нагорье и при этом за деньги готовы сделать все. Когда люди Макенны построились перед ним, он объяснил им, чего хочет.
– План прост, – заявил он. – Вы принесете вещи Габриелы во владения Макхью и отдадите их лично ей.
– А если они не позволят нам увидеть ее? – спросил один из них.
– Скажете, что просьба исходит от настоятеля. Скажете, что ее сундуки находились на сохранении в аббатстве до тех пор, пока он не узнал наверняка, где она остановилась.
– Что нам делать, когда мы увидим ее?
– Не делайте ничего, – сказал Косуолд. – Оставьте ей вещи и возвращайтесь за наградой.
– Деньги и женщины?
– Да.
– А если ее там нет?
– Тогда привезите обратно ее вещи.
– А вознаграждение мы получим?
Косуолд заверил их, что непременно получат. Он не предвидел осложнений. План был безукоризненным. Все должно пройти гладко.

Прошло еще два дня, а обещанного разговора так и не последовало. Габриела не могла остаться с Кольмом наедине. Как бы рано она ни вставала утром, его уже не было. Возвращался он поздним вечером, ужинал в одиночестве и снова исчезал.
Настроение у него не улучшилось. При мимолетных встречах он либо не обращал на нее внимания, либо ворчал.
Габриела решила, что он намеренно избегает ее. Наутро третьего дня Морна подметала в зале и болтала без умолку.
– Вождь никак не может успокоиться после нападения на Лайама, – сказала она, качая головой. – Он сказал, что должен найти виновных. Все рыщут, пытаются выяснить хоть что-нибудь. – Морна передвинула стул и продолжила: – А третьего дня прошел слух, будто у Шеймуса Макалистера украли овец, так теперь они еще и это отребье ищут. Нашли их вчера, как будто и без того мало бед. Кузнец наш, Гекерт, повздорил с мясником, Эдвином. Они постоянно ссорятся.
Габриела терпеливо слушала Морну, не перебивая. Она с облегчением поняла, что не из-за нее Кольм не появляется дома. И все же ей нужно сказать ему правду. Тогда совесть ее будет чиста.
Габриела чувствовала себя одинокой. Почти все вечера она проводила с Лайамом за ужином и настольными играми. Его любимой была игра в шашки «лиса и гуси», он с нетерпением расставлял доску и фигуры, когда Морна уносила подносы с остатками еды. Габриеле нравилось проводить с ним время, но их разговоры никогда не касались серьезных тем. Она не могла рассказать ему о своей роли в его спасении. Вождем был Кольм, он дал ей кров, и за него она выйдет замуж. Он первым должен узнать обо всем.
Не делилась она своими страхами и с отцом Гилроем. Он все равно ничем не мог ей помочь. За последние три дня она вообще мало общалась с монахом. Он вошел в доверие к людям клана, его приглашали в дом, чтобы разделить трапезу и благословить детей, и был безмерно счастлив.
С телохранителями она тоже не делилась своими проблемами.
Молчание тяготило ее.
Габриела беспокоилась за отца. В безопасности ли он? Или король уже пленил его? Она молила Бога, чтобы он не оставил его в трудную минуту. Хватило ли времени барону Джеффри собрать армию и призвать вассалов? Станут ли они сражаться на его стороне против короля? Бродик говорил, что отец приедет к Бьюкененам сразу, как только узнает, что Габриела живет среди горцев. Но от них не было никаких известий. Если с отцом не случилось беды, почему он не пришлет весточку?
Габриела больше не в силах была ждать. Завтра она отправится к Бьюкененам. Бродик знает ее отца и посоветует что-нибудь.
Кольму она не скажет, что собирается навестить Бродика.
Габриела пошла к тренировочным площадкам, детально обдумывая план действий. Ее внимание привлекли радостные возгласы на холме, где недавно она сидела с Фостом и наблюдала за поединками. На вершине собрались люди: и стар и млад.
Девушка, пробегая мимо, поклонилась Габриеле и сказала:
– Лайам снова начал тренироваться. Он окончательно выздоровел. – Девушка побежала дальше, чтобы присоединиться к друзьям.
Лайам действительно выздоровел и очень хорошо выглядел.
Не позавидуешь его жене, подумала Габриела, а ведь однажды и он остепенится.
Габриела поспешила спуститься с холма. В животе урчало, близился полдень. На завтрак Морна снова накормила ее овсянкой, а больше пары ложек Габриела не могла заставить себя съесть. Уилла постоянно напоминала