Музыка теней

его! – взревел он.
Замок Макенны захватили, деваться ему было некуда. Охота продолжалась.
Кольм нашел врага спустя три долгих дня. Он прятался, как последний трус, в гроте, неподалеку от скалы, выходившей на озеро Лох-Горнох. Два воина с обнаженными мечами защищали своего вождя.
Брейден соскочил с коня и встал рядом с Кольмом.
– Прочь с дороги, – приказал Кольм.
Воины бросили оружие и пустились наутек, спасая свои жизни.
Кольм занес над головой свой двуручный меч.
Последнее, что увидел Оуэн Макенна, – блеск клинка.
Последнее, что он услышал, – звук стали, рассекающей воздух.

Габриела стояла у окна своей комнаты и смотрела, как мальчишки дерутся на деревянных мечах. Она услышала, как один из них крикнул, что теперь его очередь быть вождем Макхью, и вскоре поняла, что это означает. Он должен победить. Побеждали всегда двое: Кольм и Лайам. Знают ли братья, как обожают их мальчишки?
Давешние проказники, Итан и Том, стояли тут же и просили взять их в игру, но мальчишки постарше не обращали на них внимания. Габриела удивилась, что малыши так просто сдались. Они потолковали о чем-то, прыснули и побежали в другой конец замка. Они уже придумали себе новое приключение.
От детского смеха настроение Габриелы улучшилось. С тех пор как Кольм отправился на войну, она грустила. Жив ли он, здоров ли? Боже, спаси и сохрани его!
Она знала, что Макенна способен на любое злодеяние, ведь он едва не убил Лайама. За последние дни она выслушала немало историй о коварном тиране, коим являлся Макенна. Он использовал людей для свершения своих зловещих замыслов. Верность клану не шла дальше личной выгоды. Неугодных попросту убивали. Он не гнушался прикрываться женщинами и детьми в стычках с соседними кланами. Выставлял их перед стенами замка, чтобы нападавшему сначала пришлось убить невинных.
Слушая все новые и новые ужасные истории, Габриела вспомнила, что видела собственными глазами в Арбейнском аббатстве. Щедрость вождя Макенны по отношению к монахам была лишь частью плана, теперь в этом не было никаких сомнений. Он обманул настоятеля, да и ее тоже. Когда их представили друг другу, вождь Макенна показался Габриеле милым и симпатичным. Но сейчас, зная правду, она корила себя за то, что судила о человеке по его внешности. Она ошибалась на его счет, как ошибалась насчет Кольма. Ведь если судить по его внешности, никогда не разглядишь его большое сердце.
Она старалась не думать о Макенне и о том, что творится сейчас на поле брани. Однако ночью, свернувшись клубочком под одеялом, лежала без сна, представляя себе картины, одна другой страшнее. Кольм ранен, рядом с ним никого нет.
Он не должен погибнуть в бою. Он нужен своему клану.
Но стоило отмахнуться от одной тревоги, как в голове тут же появлялась другая. Почему до сих пор нет известий от отца? У него было достаточно времени, чтобы послать весточку ей или Бьюкенену. Может быть, Уэллингшир в осаде? Габриела знала, что отец не сдастся без боя.
Столько страданий… и все из-за лживого слова. Габриела надеялась, что однажды узнает, за что та женщина оклеветала ее. Как могла она разрушить жизнь человека, которого даже не знала? Сожалеет ли Исла о содеянном? Или, как и многие до нее, нашла оправдание своим злодеяниям?
Габриела пыталась успокоить себя. Она не позволит страху овладеть ею. Нужно занять себя чем-нибудь.
Она снова помолилась Богу за отца и Кольма.
Почувствовав холод, подошла к окну, чтобы задернуть шторы. Краем глаза заметила, что внизу что-то изменилось, отдернула шторы.
– Боже мой! – Она опрометью помчалась вниз, едва не свернув себе шею на крутых ступенях.
Лайам был уже в зале, когда услышал ее возглас.
– Габриела, что случилось? – Ему пришлось поймать ее.
– Итан… Том… с мечами, – выпалила она.
– Да, я видел, мальчишки играют во дворе…
– С настоящими мечами, – выговорила она, задыхаясь. – У них настоящие…
Продолжать не было надобности. Лайам бегал гораздо быстрее ее, и уже через секунду она услышала топот его сапог на лестнице. Габриела откинула прядь волос с лица, снова подобрала подол и побежала следом.
Стонов не было, значит, ничего страшного не случилось, но она сама должна убедиться, что с мальчишками все в порядке. Габриела бежала быстро и выскочила как раз в тот момент, когда тяжелая дверь за Лайамом закрывалась. Удар в бедро оказался такой силы, что она полетела вниз головой во двор. Она бы устояла, если бы не запнулась за подол, который отпустила, пытаясь удержать равновесие.
От беды ее спас Кольм. Он держал Тома,