Хладнокровное убийство в высшем свете: череп преуспевающего врача проломлен ценной бронзовой статуэткой, и в убийстве обвиняется его прекрасная жена… Общество шокировано, однако через несколько лет молодая журналистка решает раз и навсегда разобраться в темной истории.Старые грехи. Старые тайны. И охотница вновь становится жертвой. Они встретились вновь, но чем закончится эта встреча?
Авторы: Мэри Хиггинс Кларк
весенних тренировок, о сильных и слабых сторонах игроков и команд.
– Мне нужно глядеть в оба, – рассмеялся Тим, расплачиваясь по счету, – а не то ты займешь мое место спортивного комментатора.
– Вполне возможно, это у меня получится лучше, чем нынешнее расследование, – криво усмехнулась Фрэн.
Тим настоял на том, чтобы проводить Фрэн до квартиры.
– Я не могу тебе позволить самой нести эту груду, – сказал он, – ты сломаешь себе руки. Но не сомневайся, я сразу же уйду.
Когда они выходили из лифта на том этаже, где жила Фрэн, Тим упомянул о смерти Наташи и Барбары Колберт.
– Я по утрам бегаю, и сегодня, наслаждаясь пробежкой, я вдруг подумал о Таше Колберт, которая также вышла утром пробежаться, споткнулась, упала и больше не пришла в себя.
Споткнулась о развязавшийся шнурок… Фрэн вспомнила слова миссис Бренеган, когда открывала ключом дверь. Войдя в квартиру, она сразу же зажгла свет.
– Куда положить? – спросил Тим.
– Прямо на стол, пожалуйста.
– Конечно. – Он оставил документы и повернулся, собираясь уходить. – Я подумал о Таше Колберт потому, что ее привезли в больницу в один из тех дней, когда там лежала моя бабушка.
– В самом деле?
Тим уже стоял в прихожей.
– Да, я как раз навещал ее, когда привезли Наташу. У нее остановилось сердце по дороге в больницу. Она лежала через две палаты от моей бабушки. Бабушка умерла на следующий день. – Тим помолчал, потом пожал плечами: – Ну, ладно. Спокойной ночи, Фрэн. У тебя усталый вид. Не работай допоздна.
Он быстро вышел и не заметил выражения лица Фрэн. Она закрыла дверь и прислонилась к ней. Она больше не сомневалась, что бабушка Тима была той самой пожилой женщиной, о которой упоминала Анна-Мария Скалли. Пациентка с больным сердцем, для которой и предназначалось то самое экспериментальное лекарство, превратившее в «овощ» Наташу Колберт, лекарство, убившее бабушку Тима день спустя.
– Молли, прежде чем уйти, я дам вам успокоительное, чтобы вы спокойно заснули сегодня, – сказал доктор Дэниелс.
– Как хотите, доктор, – равнодушно ответила она. Они сидели в маленькой гостиной.
– Я принесу воды. – Доктор Дэниелс встал и прошел на кухню.
Молли сразу же вспомнила о пузырьке со снотворным, который она оставила там на рабочем столе.
– Барная стойка ближе, доктор, – быстро остановила она его.
Молли чувствовала, как внимательно смотрит на нее врач, пока она клала таблетку в рот, запивала водой и глотала.
– Со мной правда все в порядке, – успокоила его Молли, ставя стакан на столик.
– Вам станет лучше, если вы хорошенько выспитесь. После моего ухода сразу же отправляйтесь в постель.
– Я так и сделаю. – Молли проводила Дэниелса к двери. – Сейчас уже десятый час. Простите меня. На этой неделе из-за меня у вас не было ни одного свободного вечера.
– Вам не за что извиняться. Мы поговорим завтра.
– Спасибо.
– Помните, Молли: сразу идите спать. Вы очень скоро почувствуете сонливость.
Она дождалась, пока машина доктора выехала на улицу, заперла замок на два оборота и ногой нажала на кнопку, закрывающую задвижку. На этот раз этот звук не показался ей пугающим. Обычное знакомое «кляк».
«Я все придумала, – мрачно подумала Молли, – не было никого в доме в тот вечер. Я воображаю себе то, что мне хочется».
Выключила ли она свет в кабинете? Молли этого не помнила. Дверь была закрыта. Она распахнула ее и заглянула в комнату, одновременно нашаривая рукой выключатель. Свет залил бывший кабинет Гэри. И тут что-то привлекло ее внимание. Какое-то движение за окном. Неужели там кто-то есть? Да, точно. В свете, падавшем из окна кабинета, Молли отчетливо видела Уолли Барри, стоявшего на лужайке в нескольких футах от окна и смотревшего на нее. С криком ужаса Молли отвернулась.
И вдруг кабинет стал прежним… Темные панели на стенах… Гэри за письменным столом… Спиной к ней… Упал головой на бумаги, вокруг лужа крови. Кровь вытекала из глубокой раны на голове, стекала на спину, на стол, на пол.
Молли хотела крикнуть, но не смогла. Она обернулась к окну, хотела позвать Уолли на помощь, но он уже исчез. Кровь была на ее руках, лице, одежде.
Ничего не соображая от ужаса, она вылетела из комнаты, бегом поднялась в свою спальню и упала на постель.
Когда Молли проснулась через двенадцать часов, еще одурманенная снотворным, она знала, что живой, кровавый кошмар, который она вспомнила, был только частью невыносимой страшной головоломки, в которую превратилась ее жизнь.
Фрэн знала, что если будет
