Хладнокровное убийство в высшем свете: череп преуспевающего врача проломлен ценной бронзовой статуэткой, и в убийстве обвиняется его прекрасная жена… Общество шокировано, однако через несколько лет молодая журналистка решает раз и навсегда разобраться в темной истории.Старые грехи. Старые тайны. И охотница вновь становится жертвой. Они встретились вновь, но чем закончится эта встреча?
Авторы: Мэри Хиггинс Кларк
все, Молли села в уголке для завтрака, уютном местечке, выходившем на задний двор. Она ела медленно, наслаждаясь спагетти, свежим хлебом и салатом, чувствуя бархатистую нежность вина, и смотрела в темный двор, радуясь приближению весны, до которой осталось всего несколько недель.
Цветы распустятся поздно, подумала Молли, но скоро набухнут почки. Это она себе тоже обещала. Снова заняться садом, почувствовать землю, теплую и влажную, наблюдать за тюльпанами, когда они раскрасят сад гаммой невероятных оттенков. И надо снова посадить бальзамин у каменной стены.
Молли медленно ужинала, наслаждаясь тишиной, так отличавшейся от постоянного гула в тюрьме. Убрав все на кухне, она прошла в кабинет и села там в темноте, обхватив колени руками. Она прислушивалась, надеясь уловить тот самый звук, который в вечер смерти Гэри подсказал ей, что в доме посторонний. Почти шесть долгих лет этот звук преследовал ее в ночных кошмарах, знакомый и одновременно незнакомый. Но она ничего не услышала. Только ветер завывал на улице да тикали часы.
Фрэн вышла из студии и отправилась пешком в свою четырехкомнатную квартиру на углу Второй авеню и Пятьдесят шестой улицы. Она с огромным сожалением рассталась с квартирой в Лос-Анджелесе, но, как верно угадал Гас, Нью-Йорк был ее родиной.
В конце концов, она прожила на Манхэттене до тринадцати лет, размышляла Фрэн, идя вверх по Мэдисон-авеню мимо ресторана «Ле Сирк 2000», любуясь его освещенным двором перед входом. А потом ее отец заработал кучу денег на бирже и решил перебраться за город.
Именно тогда семья переехала в уютный зеленый Гринвич и приобрела дом совсем недалеко от того места, где теперь жила Молли. Особняк располагался в исключительном месте на Лейк-авеню. Разумеется, потом выяснилось, что он им не по карману. Вполне вероятно, что именно из-за охватившей его паники отец не смог больше зарабатывать деньги на бирже.
Ему нравилось заниматься общественными делами в городе и знакомиться с людьми. Фрэнк Симмонс был уверен в том, что добровольные участники любых мероприятий легко обзаводятся друзьями, и о таком добровольце в городе могли только мечтать. Во всяком случае, до тех пор, пока он не «занял» крупную сумму из средств, собранных в фонд будущей библиотеки.
Фрэн пребывала в ужасе от перспективы разбираться с коробками, которые она привезла в Нью-Йорк, но мокрый снег не прекращался, на улице стало совсем холодно. К тому времени, как она вставила ключ в замочную скважину, у нее открылось второе дыхание.
Она сказала себе, что гостиная выглядит уже вполне прилично. Фрэн включила свет и оглядела приятную комнату с мшисто-зеленым бархатным диваном и креслами и персидским ковром, в узоре которого сочетались красный, зеленый и цвет слоновой кости.
При виде пустых книжных полок ей захотелось действовать. Она переоделась в старый свитер и свободные брюки и принялась за работу. Приятная музыка из стереосистемы помогала справиться с монотонностью перекладывания книг из ящиков на полки и сортировкой кассет. Коробку с кухонными принадлежностями разобрать оказалось легче всего. Фрэн криво улыбнулась, подумав, что содержимое коробки ясно говорит о том, какая из нее повариха.
В четверть девятого со вздохом облегчения она вытащила последнюю пустую коробку в кладовку. Надо вложить очень много любви, чтобы превратить жилище в дом, с удовлетворением отметила она, проходя по квартире, которая наконец стала выглядеть уютной и обжитой.
Фотографии матери, отчима, сводных братьев и их семей помогали чувствовать себя ближе к ним. Фрэн знала, что будет скучать. Приезжать в Нью-Йорк с коротким визитом – это одно, но переехать надолго и знать, что она будет видеться с семьей редко, было куда тяжелее. Мать ни за что не хотела вспоминать о Гринвиче. Она никогда не упоминала о том, что жила в этом городе. А когда снова вышла замуж, то начала уговаривать Фрэн взять фамилию отчима.
Нет, этому не бывать, решила Фрэн.
Довольная своей уборкой, она подумала, не пойти ли куда-нибудь поужинать, но потом решила ограничиться горячим сандвичем с сыром. Она поела за маленьким чугунным столиком у кухонного окна, выходившего на Ист-ривер.
Фрэн вспомнила, что Молли впервые ночует дома после пяти с половиной лет в тюрьме. Когда они увидятся, Фрэн обязательно попросит ее назвать имена людей, которые захотят поговорить с ней о Молли. Но у нее есть свои вопросы, и она постарается сделать так, чтобы эти люди ответили на них, хотя они и не касаются самой Молли.
Некоторые вопросы уже давно не давали покоя Фрэн. Следователи не нашли никаких записей о тех четырехстах тысячах долларов, которые присвоил
