Хладнокровное убийство в высшем свете: череп преуспевающего врача проломлен ценной бронзовой статуэткой, и в убийстве обвиняется его прекрасная жена… Общество шокировано, однако через несколько лет молодая журналистка решает раз и навсегда разобраться в темной истории.Старые грехи. Старые тайны. И охотница вновь становится жертвой. Они встретились вновь, но чем закончится эта встреча?
Авторы: Мэри Хиггинс Кларк
Глэдис. – Я только закончу вот с этими. – Они кивнула в сторону пожилой четы за столиком у окна. – Дама сердится, потому что ее спутник хочет заказать говядину с пармезаном, а она утверждает, что от этого блюда его пучит. Я потороплю их и, как только обслужу, посижу с вами.
Фрэн мысленно измерила расстояние до столика, пока неторопливо шла к нему. Она решила, что это примерно футов сорок от входа. Дожидаясь, пока Глэдис освободится, Фрэн изучала внутреннее убранство «Морского фонаря». Во-первых, ресторанчик был плохо освещен. Во-вторых, столик стоял в тени. Его и выбрали именно поэтому. Тот, кто за ним сидел, не хотел, чтобы его видели. Молли говорила Филипу, что Анна-Мария чем-то напугана, но не присутствием вдовы Гэри Лэша. Так чего же боялась медсестра Скалли?
И почему, кстати, Анна-Мария сменила фамилию? Только ли потому, что ей не хотелось, чтобы ее имя связывали с именем Гэри Лэша? Или у нее были еще причины, чтобы затаиться?
Если верить Молли, то Анна-Мария вышла из «Морского фонаря» первой, пока Молли расплачивалась по счету. Сколько на это ушло времени? Немного, иначе Молли решила бы, что Анна-Мария уже уехала. Но достаточно для того, чтобы Анна-Мария успела пересечь стоянку и сесть в свой джип.
Молли сказала, что окликнула Анна-Марию от двери, вспомнила Фрэн. Так догнала она ее или нет?
– Догадайтесь, что они оба заказали! – воскликнула подошедшая Глэдис, большим пальцем через плечо указав на пожилую пару. – Рыбу, жаренную на открытом огне, и шпинат. Леди заказала для них обоих. Бедняга, он у нее под каблуком.
Официантка со стуком опустила меню перед Фрэн.
– Блюдо дня сегодня – венгерский гуляш и фрикасе из куриных грудок.
Фрэн решила, что лучше она купит себе гамбургер, когда вернется в Нью-Йорк, и пробормотала что-то о позднем свидании за ужином. Она заказала рулет и чашку кофе.
Глэдис принесла заказ и села напротив Фрэн.
– У меня две минуты, – предупредила официантка. – Вот здесь сидела Молли Лэш. А Анна-Мария Скалли сидела на вашем месте. Как я вчера сказала детективам, Скалли нервничала. Я клянусь, что она боялась этой Лэш. А потом, когда Скалли встала, чтобы уйти, Молли Лэш схватила ее за запястье. Скалли вырвалась и постаралась побыстрее убраться отсюда, как будто боялась, что Молли кинется за ней вдогонку, что та и сделала. Много ли женщин станут бросаться пятидолларовой купюрой, если с нее причиталось всего доллар тридцать? У меня до сих пор мурашки по спине бегают, стоит только подумать о том, что Скалли убили всего через несколько минут после того, как она встала из-за этого столика. – Глэдис вздохнула. – Думаю, мне придется давать показания в суде.
«Да ты умираешь от желания дать показания», – подумала Фрэн и спросила:
– А где в воскресенье вечером была вторая официантка?
– Милая, в воскресенье вечером в этой забегаловке не нужны две официантки. Вообще-то я по воскресеньям выходная, но вторая девушка заболела, и мне пришлось выйти. Но, с другой стороны, тут столько всего произошло.
– А как насчет шеф-повара или бармена за стойкой? Они могли бы помочь.
– Повар-то был, да только велика для него честь называться шефом. Но он всегда в задней части здания. Ничего не видел, ничего не слышал. Ну, вы меня понимаете.
– А кто работал за стойкой?
– Бобби Берк. Он учится в колледже и работает по выходным.
– Я бы хотела с ним поговорить.
– Он живет на Ярмут-стрит, это за мостом, в двух кварталах отсюда. На самом деле его зовут Роберт Берк-младший. Их телефон есть в справочнике. Вы будете брать у меня интервью для телевидения или что-нибудь в этом роде?
– Когда я буду записывать программу о Молли Лэш, я с удовольствием с вами поговорю, – пообещала Фрэн.
– Буду рада вам услужить.
«Ну разумеется», – подумала Фрэн.
Фрэн позвонила в дом Берков со своего телефона в машине. Сначала отец Бобби категорически запретил ей разговаривать с его сыном.
– Бобби уже сделал заявление в полиции. Там все сказано. Он и не заметил толком, как эта женщина входила и выходила. От стойки ему не видна стоянка.
– Мистер Берк, – взмолилась Фрэн, – буду с вами совершенно откровенна. Я всего в пяти минутах от вашего дома. Я только что говорила с Глэдис Флюгель, и меня тревожит ее интерпретация встречи между Анна-Марией Скалли и Молли Лэш. Я репортер, но я еще и друг Молли. Мы вместе учились в школе. Я взываю к вашему чувству справедливости. Молли нуждается в помощи.
– Не вешайте трубку.
Когда Берк-старший снова подошел к телефону, он сказал:
– Хорошо, мисс Симмонс, вы можете приехать и поговорить с Бобби, но я настаиваю на том, чтобы ваш разговор происходил в
