Трое неразлучных друзей, выросших в детском доме и вместе служивших в горячих точках в частях специального назначения, после ухода на гражданку создают свое охранное агентство «Кандагар». После нескольких удачных операций агентство попадает в поле зрения криминальных структур, которые решают использовать в темную спецов для решения своих проблем, а затем их ликвидировать. Но боевая спайка, выручка, мужество и находчивость помогают друзьям, казалось бы, в самых безнадежных ситуациях.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
в конек, даже не достав до окна. Пожалуй, будь нападающих меньше, старик вышел бы из поединка победителем, однако на его несчастье к лежащим за поленницей уже спешило из леса подкрепление…
Глухой рык заставил Шнурка вздрогнуть и прикусить губу. Того же Лесника он так не боялся, как боялся Волка — одноглазого широкогрудого питбуля, которого Лесник частенько брал с собой на прогулки. Брал не столько ради собственной безопасности, сколько ради самого пса. Чтобы четвероногое чудовище как следует встряхнуло свои мускулистые ляжки, чтобы не забывало вкуса свеженькой крови. Кроме того, с Волком легко было ловить заплутавших баб. Не то чтобы он быстро бегал, но особенно бегать ему и не приходилось. Одного вида одноглазого монстра с распоротой губой и полуоторванным ухом хватало женщинам, чтобы понять, с кем они имеют дело. Иная, глядишь, могла бы завизжать и в кровь расцарапать нападающих, однако присутствие Волка усмиряло их мгновенно. Питбуль даже лаять не лаял, только глухо рычал, но этого оказывалось вполне достаточно. А уж хватка у пса была такая, что дворняг вроде цепных кабысдохов он перекусывал за один раз. Все равно как хорошая белая акула. У него и пасть была совершенно акульей, легко вмещающей человеческую голову. На счету Волка значилось великое множество косуль, овец и баранов. Успел он отнять и более двух десятков собачьих жизней, загрызал настоящих волков, а пару раз пробовал на вкус и живую медвежатинку. Конечно, перед этим Лесник всаживал в хозяина тайги не по одному жакану, но и с раненым мишкой было совладать далеко не просто. Вот такого именитого зверя Лесник и привел боевикам в помощь. Впрочем, ни Шнурок, ни Левша подобной помощи не обрадовались. Оба всерьез полагали, что полудикая псина не очень-то послушает хозяина, если вдруг ей захочется покусать кого-нибудь из них. Покусать, а может и съесть целиком. Все тот же Мох рассказывал, что нескольких волонтеров Волк и впрямь слопал. Не оттого, что очень уж вожделел к человечинке, а просто потому что злобной псине было все равно чем его кормят. Впрочем, Леснику до желаний рядовой братии не было никакого дела. Он и сам был волком в человечьей шкуре — и убивать умел не хуже своей псины. Потому и считался правой рукой Атамана. Уж на что Финн был ушлым и злым, однако и он с Лесником старался не связываться.
— Ну что, козлики? Обломали вам рожки? — плюхнувшись рядом с подраненным Шнурком, Лесник потрепал за ухом своего шумно сопящего любимца. Единственный глаз пса глянул на него с благожелательностью.
— Куда Хван запропал? — хмуро пробурчал Мох.
— Он не запропал, он с пленницами вашими беседу проводит. Вы ведь, уроды, даже не догадались расспросить их, что тут и как. Вот и напоролись… — Лесник потер густо заросшую челюсть, с ухмылкой бросил взор на скрюченную ногу Шнурка. — Чего поджался, поганец? Култышку свою давай перетягивай. И в темпике! Начнется гангрена, лечить не буду. И Горбунье не разрешу. Скорее, сам шлепну или Волку на ужин отдам. Он у меня лекарь добрый, — муки человеческие быстро прекращает.
— Ты лучше стрелка здешнего уйми. — Пробурчал Сема Кулак.
— А кто там у вас засел?
— Хрен его знает. Только лупит метко!
— Если бы метко лупил, вы бы тут не базарили.
— А может, он специально по ногам целил? Типа, живыми хотел взять.
— Ну, и дурак, что по ногам бил. — Лесник циркнул слюной. — Придется вправить болвану мозги.
— Автомат бы… — несмело пролепетал Левша. — Или пса твоего спустить.
— Я лучше тебя спущу. — Лесник ласково улыбнулся Левше. — Такой шелупени, как ты, у нас навалом, а вот Волк — один.
— Может, их там двое? — Шнурок кивнул в сторону избы. Он уже наматывал поверх раны какое-то тряпье — мотал скверно и неумело, но никто и не думал его останавливать. Насчет «шелупени» Лесник ничуть не шутил. Вольных людишек в лесу действительно хватало, так что диких бойцов не жалели.
— А пусть хоть трое. Нам это по барабану! — Лесник снова сплюнул. — Сейчас Хван подойдет, тогда и займемся вашим стрелком.
— Мы бы и сами могли…
— Ага, вы уже смогли, я вижу.
— А сам-то чего? Рассуждать — все храбрые.
— Я не рассуждаю, я на вас, цуциков, любуюсь. — Лесник фыркнул. Сунув в зубы соломинку, недобро прищурился, и всем присутствующим сразу стало ясно: если понадобится, Лесник действительно шлепнет неведомого стрелка. Одной левой. Но Лесник не спешил. Видимо, ждал чего-то от них. Может, даже было такое указание от Атамана — проверять молодняк, гонять по полной программе.
В эту самую секунду, тяжело дыша, к ним подобрался Хван. Да не один — с пленницей. Татуированные пальцы крепко стискивали волосы девушки, глаза колюче перебегали с одного лица на другое.
