Трое неразлучных друзей, выросших в детском доме и вместе служивших в горячих точках в частях специального назначения, после ухода на гражданку создают свое охранное агентство «Кандагар». После нескольких удачных операций агентство попадает в поле зрения криминальных структур, которые решают использовать в темную спецов для решения своих проблем, а затем их ликвидировать. Но боевая спайка, выручка, мужество и находчивость помогают друзьям, казалось бы, в самых безнадежных ситуациях.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
Замок-то целый!…
— Конечно, целый.
— Тогда как он сумел вылезти?
— Так тебе все и скажи… — Стас вовремя заметил замаячившую над люком голову и предупреждающе крикнул: — Еще шаг и размозжу вашему быку голову!
— Это всегда пожалуйста! — насмешливо отозвались сверху. — У меня таких быков еще с полсотни имеется. А выстрелишь, ваших цыпочек пополам разорвут. Представляешь, что могут сделать полсотни голодных мужиков с двумя симпатичными девочками?
— Только попробуй! — Стас прикусил губу. Его ахиллесову пяту им и искать не понадобилось. Ухватили сразу и цепко.
— Чего ж не попробовать, — полковник уже в открытую подошел к люку, присел на корточки. — В Америке эта развлекуха давно узаконена. «Гэнг-бэнг» называется. Там, кстати уже не десятками баб дерут, а сотнями и тысячами. И заметь: все при этом довольны — и мужики, и телки. Потому как по обоюдному согласию и за хорошие деньги. Кстати, твоим потаскушкам я тоже могу заплатить… Ну, как будем договариваться?
Стас размышлял недолго. По всему выходило, что время тянуть больше не удастся. Разве что поиграть в крутого и попробовать сбить спесь с этого лесного короля.
— Чего ты хочешь, урод?
Атаман проглотил «урода», но улыбка его могла бы вогнать в дрожь кого угодно.
— Я уже сказал, чего хочу: всего-навсего потолковать. Но если не хотите, можете, оставаться в яме. Я вижу, вам там больше нравится.
— Так-то оно так, только знаешь, есть хорошая итальянская пословица: «Птичка в клетке поет, но не от радости, а от гнева.»
— Но ведь поет!
— Она-то, может, и поет, а вот я, извини, петь не умею.
— Чего так?
— Да вот, слухом Господь обделил.
— Это не страшно, браток. Тут у нас такие спецы имеются, что и петь научат, и шепотом кричать, и все остальное… — полковник снял с пояса гранату, демонстративно поднял над люком. — Так как? Будем выбираться или полетим на стрелку к Господу-Богу?
— Не забывай, тут еще и твой человечек.
— А я не жадный. Могу и человечком своим пожертвовать. Очень уж не люблю, когда мне хамят.
— Ладно, уговорил, вылезаю… — Стас ткнул Моха обрезом в плечо. — Забирай свою погремушку и выбирайся.
— Так это… Лестница же сломана!
— Ничего, я помогу…
Наверное, это было уже по-детски, однако спешить Зимин действительно не хотел. Речь шла о жизни и смерти, а потому следовало обеспечить Василию максимальную фору.
— Давай, корявый, напрягай мышцы!… — довольно долго и неуклюже он подсаживал Моха, помогая выбраться из зиндана, а потом еще дольше люди Атамана бегали по деревне, отыскивая вторую лестницу. Так и не найдя, притащили гвозди с молотками. Из выброшенных Стасом обломков вновь сколотили подобие лесенки, спустили вниз.
— Если и эту ломать вздумаете, — предупредил полковник, — я вам лично ноги перед смертью повыдергиваю…
Но ломать ничего Стас не собирался. Спокойно вылез наверх и, сложив руки на животе, встал возле ямы.
— А второй? Второй почему не выходит? — брови Атамана сошлись на переносице грозной волной. Упрямство узников начинало его всерьез раздражать.
— Так нет второго. — Зимин обезоруживающе улыбнулся.
— Как это нет?
— А так, один я был. С самого начала. Обознались твои люди, Атаман. Или расхвастались не в меру. Было бы двое, хрен бы вы нас взяли.
— Не понял? — полковник недоуменно обернулся к Леснику.
— Мальчик шуткует, только и всего.
— Не веришь, сам взгляни. — Стас кивнул в сторону распахнутого люка.
Цепко поглядывая на Зимина, полковник неспешно приблизился к зиндану, включив похожий на полицейскую дубину фонарь, посветил вниз. На каменных скулах его вскипели желваки, серого цвета глаза впились в Стаса ненавидящим взглядом.
— Что еще за шуточки?
— Брось, Атаман! Тебе же по-русски говорят: один я был. С самого начала. А то, что твои хлопцы по две звезды на своем фюзеляже нарисовали, так это с них надо спрашивать. Брехунов ты обогрел, Атаман. Воришек и брехунов…
— Сука! — Лесник порывисто шагнул к Зимину, но только этого Стасик и ждал. Он даже не стал отбивать удар, просто нырнул под летящий кулак, встречным выпадом ударил Лесника в подмышечную впадину. Мог бы и убить, но спешить явно не стоило. Наверняка до финиша Гриневу было еще далеко. А потому, как только обмякшим кулем Лесник завалился на траву, Зимин скользящим шагом переместился на шаг в сторону, быстро огляделся. Теперь к нему приближалось сразу трое — такие же лохматые нетопыри, вроде того, что спускался к нему в яму. Кажется, начинался разговор, к которому он и готовил себя на протяжении всей ночи. Разговор недружественный, но для замерзшего тела крайне полезный…
