Мы из спецназа. Лагерь

удовольствие. Собственно, и Библия говорила о том, что сначала было слово, а уж потом кулак, шило и топор…
Между тем, дело шло явно к концу. Двое «шаромыжников», раскрасневшихся и довольных, уже двигались с наполненными корзинами к выходу. Третий, седой и сгорбленный, еще возился возле прилавков, видимо, подбирая бутылочку на посошок. Своего поверженного на пол собрата они по-прежнему не видели. Момент был идеальный, и, не теряя времени, Маркелов устремился навстречу грабителям. Расхристанный вид ребяток говорил о многом. Во всяком случае, заведующая, причислившая их к обычным бомжам и шаромыжникам, явно заблуждалась. Птицами высокого полета Маркелов бы их не назвал, но парни были явно битые, и почти наверняка не раз и не два отдыхали в местах не столь отдаленных. В данном случае, дело отягощали обида и принятая на грудь порция алкоголя. Возможно, именно это подтолкнуло уличных бакланов на столь опрометчивый шаг.
— Здорово, парнокопытные! — вежливо поздоровался Сергей. — Куда путь держим?
— Это еще что за вольтанутый? — один из хулиганов недоуменно ощерился. — Вроде я раньше этого фуфела не видел.
— А нам по барабану. Ща мы ему кол в дупло забьем — и порядок. Эй, Грива, ты куда подевался?…
— Твоего Гриву, порчак, я уже причесал. — Маркелов вновь взмахнул удостоверением. -Стоять на месте! КГБ!
Увы, времена, когда о существовании КГБ знали даже на далеком Занзибаре, давно миновали. Ни один мускул на лице мордастого упыря не дрогнул. Возможно, он даже не понял о чем идет речь. Пришлось врезать ему ногой под коленную чашечку, а левым кулаком добавить в острый кадык. Второй грабитель, плечистый и невысокий, оказался более быстрым. Он даже успел поставить на пол корзины и попытался было кинуться на Маркелова, однако в этом ему не повезло. Атаку коренастого противника Сергей пресек проще простого, пинком отправил ему под ноги все ту же наполненную бутылками корзину. Препятствия подвыпивший конек не взял и, взмахнув руками, неловко повалился. Оставалось лишь ускорить падение ударом по затылку, после чего Маркелов услужливо подставил под летящую физиономию колено. Отчетливо хрустнули зубы, и детина забулькал вскипевшей на губах кровью. Он еще ворочался на полу, а Маркелов уже приближался к «последнему из могикан». Впрочем, и с ним все было предельно ясно. Едва бросив в его сторону пристальный взгляд, Сергей тотчас сообразил, кто именно осуществил операцию устрашения меднолобых охранников. К разряду сявок можно было отнести первых троих барбосов, — этот же принадлежал к иной касте. Скорее всего, из приблатненных, а может, и из шерстистых, со временем опустившихся, подсевших на водочку с наркотой. Оттого и собрал себя шайку-лейку из дворовых псов. Не для того, чтобы править, а чтобы элементарно жить-выживать. Впрочем, пугать он еще мог, это было видно невооруженным глазом. Перекошенный рот седого вожачка кривился, стальные зубы с неприятным скрежетом терлись друг о дружку, пустой взгляд не сулил ничего доброго.
— Ты что же, козлик, на деревянный клифт напрашиваешься?
Маркелов улыбнулся. Голос у седого оказался в точности таким, как он ожидал — пропитым и сиплым, каким хорошо дублировать мультяшных пиратов. Немудрено, что охрана спасовала. Чтобы устоять против такого голоса, нужен особый тренаж.
— С дороги, вошлячок! — седой спокойно шагнул к Маркелову. — Я сказал — с дороги!
— Обломово, брат! И не скрипи зубками, не проймет. — Сергей красноречиво сунул руку за пазуху. — Короче, грабки в гору и харей в пол! А дернешься, вмиг лоб зеленкой помажу.
Седой несколько секунд в упор смотрел на Маркелова. Ясно было, что в подобных терках он тоже мастер.
— А сможешь?… Волына — это тебе не губная гармошка.
— Кто же спорит! — не вынимая руки из кармана, Маркелов шагнул жулику навстречу. — Только смогу, саблезубый, не сомневайся. Такого шакала пристрелить — все равно что рюмку коньяка хорошего хлопнуть. Так что давай, боярин, ложись! Не трави душу.
Следовало признать, лидер магазинных воришек действительно оказался умнее своих подельников. Во всяком случае, нового своего противника он оценил сразу и по достоинству. Потому не стал больше спорить. Глаза его потухли, и, покорно подняв руки, он с кряхтением опустился на пол.
— Ладно, красноперый, радуйся! Твоя взяла.
— А я всегда радуюсь. Уж такой я радостный человек. — Маркелов взмахнул рукой. — Эй, мосье Соколов, вали сюда! Да пошустрее, времени у меня немного.
Страусиными шажищами охранник поспешил к месту событий. Кажется, он уже пришел в себя, серый испуг в глазах успел смениться более живыми красками.
— Забрал сотовый-то?
— Ага.
— Вот и славненько. Значит, вызывай