В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
— А что плохого? Один хрен, измены на каждом шагу. Опять же — мужиков не хватает, детей воспитывают не матери, а пришлые няньки. По мне — так уж лучше пусть восточные гаремы появляются.
— Ага, особенно когда есть на что эти самые гаремы содержать… — проворчал Тимофей.
— Пессимист ты, Тимоха! И главного никак не поймешь.
— Что же, по-твоему, главное?
— А то, что именно бабы нас будут в скором времени содержать. В смысле, значит, обувать, кормить и поить. Вот и прикинь, кто окажется в выигрыше!
— Ну, и кто? — грузный Тимофей непонятливо нахмурился.
— Да тот у кого гарем окажется больше! — Харитонов на ходу боднул друга плечом. — А мы с тобой — два дурака при единственных женах — так и останемся нищими офицерами.
Поглядывая на друзей, Стас весело ухмылялся. Не желая втягиваться в скользкий спор, Тимофей ускорил шаг, и всего через пару минут они вышли на нужную платформу.
Дам своих — Натаху, Зинаиду и Марго — Стас Зимин разместил в купе и, скоренько разложив вещи, отправился к проводнице брать белье и полотенца. Он пришел чуть раньше положенного, но чары мужские сработали и на этот раз. Хмурая проводница, до этого трескучим баритоном распекавшая нерадивых пассажиров, немедленно расцвела в улыбке и торопливо полезла на верхнюю полку выбирать белье получше и посвежее. Душевно поблагодарив хозяйку вагона, Стас двинулся в обратную дорогу. Увы, его дамочки как раз затеяли переодевание, и дверь оказалась запертой. Пришлось набраться терпения и ждать в коридоре. Поезд еще не выехал за пределы сортировочной станции, и с тягучим скрипом вагоны покачивались, неспешно набирая скорость. Мимо то и дело протискивались пассажиры с бельем и подстаканниками, — вагонное пространство обживали с обстоятельностью опытных колонистов. Чтобы не мешать людям, Зимин отправился со своим постельным тюком в тамбур. Здесь комфортом тоже не пахло, а пахло угольной пылью, копотью и табаком, зато не наблюдалось толкучки и не приходилось втискиваться спиной в шаткие стены. Вынужденное бездействие Стаса ничуть не тяготило. Еще там, на фронте, он в совершенстве обучился искусству ожидания. В иных засадах спецназовцы просиживали по десятку и более часов — практически без еды и воды, ни единым шевелением не выдавая своего присутствия. Порой такие предосторожности выводили из себя, представлялись излишними, однако жестокая практика свидетельствовала о том, что в одном случае из десяти терпение приносило свои законные дивиденды. Тот, кто умел терпеть, доживал до рассвета и побеждал, торопыги же хватали пули от снайперов, а то и самым паскудным образом проваливали операции. Так или иначе, но сейчас Зимину было о чем подумать.
Никому из своих сослуживцев он до сих пор не сознался, что к своему «гарему» — ко всем четырем женщинам — он успел всерьез прикипеть и привыкнуть. Проще было бахвалиться и рассказывать про мужское великодушие, про несчастных брошенок, которым Зимин не мог не протянуть руку. Большинство знакомых этому охотно верило, как верило и мифу о том, что женщин на земле больше, чем мужчин, а значит и подобрать себе удачную пару — форменный пустяк. Глядя на героический профиль Стаса, на его шрамы и бицепсы, в это трудно было не поверить, и, тем не менее, настоящая правда заключалась в ином. Человек, легко и просто способный убивать голыми руками, являющийся по всем параметрам стопроцентным мужчиной, Стас отчаянно боялся одиночества. Потому и ненавидел тишину гражданских комнатушек, где не с кем было делить еду, помыслы и постель, потому и любил войну со всей ее грязью и кровью, со всем ее жутким беспределом. Несмотря на поганые качества, война умела согревать людей, — она окружала друзьями и коллегами, заполняла жизненную пустоту простым и очевидным смыслом. И Стас прекрасно понимал тех солдатиков, что с окончанием боевых действий спешили придумать свою собственную войну. Без нее они уже не могли, и неудивительно, что кто-то из них развлекался играми в пэйнтбол и страйкбол, другие подавались к бандитам или в наемники. Что касается Стаса, то заменителем войны для него становились женщины. Возможно, таким образом сказывалось детство, проведенное без родителей, без доброй опеки многочисленных бабушек, дядь и теть. Немудрено, что женщины становились для него подобием матерей, дающих жизненную опору, помогающих совладать с внутренней тоской. Он и эту поездку на курорт замыслил именно потому, что решил укрепить пошатнувшийся семейный союз. Между тем, опасность раскола становилась все более реальной. С некоторых пор стала крепко призадумываться Зинаида, резко возросло число ухажеров у рыжеволосой красавицы Марго, а циничная Мариночка и вовсе вильнула хвостом, объявив
