В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
уж по хромоте моей в Сильвера переименовали. Так и пристало.
— Что ж, будем знакомы, Сильвер, — приблизившись к калеке, Стас протянул пятерню. Глянув ему в глаза, завхоз зловеще улыбнулся, и Зимин наперед понял, какое испытание ему предстоит. Но даже изготовившись к неизбежному, он никак не мог ожидать, в какой капкан угодит его кисть. Коллега Зимина, Тимофей Лосев, тоже ломал пятаки и узлами вязал гвозди, но дуэли с ним кончались для Стаса более или менее безобидно. Сильвер же щадить нового знакомого не собирался, — сразу же даванул на полную катушку. Будь это кто чужой, Стас ударил бы его свободной рукой, но тут дело пошло на принцип, и он покрепче сжал зубы. Тем не менее, косточки его пару раз отчетливо хрустнули.
— Ну как, больно? — ласково поинтересовался Сильвер.
— Терпимо.
— Врешь, Капитан, больно!… Вот так и суставчики мои по ночам ноют. Больно, а приходится терпеть.
— Где ж ты так натренировался? — сдавленно произнес Стас. Пальцы его побелели от натуги, но он все еще держался.
— Где был, там меня нету. — Сжалившись над Зиминым, Сильвер ослабил хватку. — А ты молоток, не расплакался. А ведь всерьез рисковал без руки остаться.
— Ты тоже рисковал…
Сильвер окинул Стаса пытливым взглядом, приглашающе качнул плечом.
— Ладно, пошли, богатырь… — он пожевал губами, не сразу пробормотал: — Парень ты и впрямь крепкий, но в лагере силушку свою, советую, не показывать.
— Опасаешься, что затопчут?
Завхоз помотал головой.
— Нет, братишка, я другого опасаюсь.
— Чего же?
— А того, что скурвишься. Им такие бугаи тоже нравятся. Так что вербанут тебя, Капитан, и не заметишь…
Кажется, он приближался к нужной точке. И не точке даже, — к эпицентру. Разумеется, ни сожженным тротилом, ни гарью в воздухе пахнуть уже не могло, однако Шебукину все-таки казалось, что он ощущает отчетливый запах смерти. Может, и впрямь были правы господа экстрасенсы, утверждавшие, что все аномальные зоны возникают на месте смертоубийств. Грохнули человечка — вот тебе и отрицательная точечка! Схоронили в братской могиле пару тысчонок беглецов из гетто — и имеем целую патогенную зону, где и дома будут рушиться, и машины глохнуть, и вертолеты на землю валиться. Как бы то ни было, но эти недавние смерти Михаил тоже чувствовал. Тем паче — не чужие люди погибли, — те, кого он знал и любил. Может, их души и нашептывали ему что-то на ухо? Пытались подсказать то, чего не он еще знал?…
Как бы то ни было, но в прошлый раз ему повезло меньше: он был гол, а потому до места взрыва даже не добрался. Милицейский наряд остановил его на полпути, грубовато развернул и отправил обратно. На этот раз наброшенная поверх старенькой рубашки железнодорожная желтуха сработала должным образом. Милицейский заслон остался позади, а еще чуть погодя Шебукин добрался до столба с роковой зазубриной, оставленной металлическим осколком. Именно здесь рванула тротиловая начинка того чертового пояска, что с некоторых пор стали именовать поясом шахида. И именно здесь вагон, в котором ехали подруги Зимина, содрогнулся от внутреннего грохота, выбросив через вспоротые бока языки пламени. Михаил заявился сюда не абы как, а желая проверить кое-какие мыслишки. Не желая более дразнить судьбу, он взобрался по утрамбованной насыпи и самым лояльным образом зашагал по шпалам. Впрочем, теплящейся в груди надежде суждено было тут же угаснуть. Стоило ему показаться наверху, как от скучающего на отдалении «УАЗа», к Шебукину тут же метнулось две тени.
— А ну, стоять!
— Кто такой? Отвечать! Быстро!…
Взявшие его в вилку парни были обряжены в новенькое хаки и выглядели вполне браво. Можно было биться об заклад, что обоим уже до чертиков надоело стоять на шухере, а потому предложи Мишаня им такую возможность — оба с удовольствием сыграли бы с ним в пятнашки. На вид парни казались крепкими, и можно было не сомневаться, что догнали бы «кандагаровского» служащего в два счета. Справились бы или нет — другой вопрос, но состязаться с ними в ловкости Михаил и не собирался. Испуганно вздернув руки, он торопливо забубнил заранее припасенную легенду — про помехи в телефонном кабеле, про то, что со связью снова беда и злыдень-начальник послал искать обрыв.
— Вот, значит, и отправился. Надо же чинить…
— Куда ты отправился, чучело гороховое! Без приборов, без ничего!…
— Зачем мне приборы-то? Это ж воздушная линия. Вот и веду, так сказать, визуальный поиск.
— А ты знаешь, что на вашем участке теракт произошел?
— Ясен пень, знаю!
— Чего ж тогда ходишь тут?!
— Так начальник
