В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
дороги, место взрыва взяли в тройное кольцо и даже вертолеты в воздух подняли. Спрашивается, на кой это было нужно нашему долбанному террористу? Тем паче, и улики при нем атомные! Видеоаппаратура, радиопускач…
— Ну, пускач он, положим, и сбросить мог.
— Все равно! За глаза хватит одной камеры с пленкой. С такой уликой и следствия не понадобится, — сразу можно к стенке прислонять. — Шебукин с сожалением покосился на пустой стакан, отер рукавом взмокшее лицо. — Да и сама идея со съемкой из безопасного места — не слишком, честно говоря, свежая.
— Как это несвежая? Ты же сам хвастался, что первый об этом догадался!
— Вот именно, что догадался. И я догадался, и менты с эфэсбэшниками. А раз так, значит, и риск засветиться гораздо выше. — Шебукин оглядел приятелей снисходительным взором. — А с другой стороны — оцепление вон уже сколько времени не снимают. Значит, что?…
— Что?
— Значит, не могут они ничего там найти! — торжествующим тоном объявил Шебукин. — Ни единого следочка! А ведь собрали спецов высочайшего уровня! Я слышал — даже из Москвы ребят пригнали. Опять же псы поисковые… Вот и скажите мне, бестолковому, возможно ли такое, чтобы целая толпа профессионалов в течение длительного времени не могла ничего обнаружить?
— Ты полагаешь…
— Да, черт подери! Именно так я и полагаю. Не было в том лесочке никого! Потому и не могут ничего найти.
— Ёханый стос! Ты же сам толковал про фотоподтверждение! Значит, должен быть и оператор.
— Правильно, оператор был, — спокойно кивнул Мишаня, — но находился он не в лесочке, а в поезде. С самого первого момента отправления.
— Не понял?…
— Вот и они не доперли! Это я о спецслужбах. Надеются еще найти какой-нибудь окурочек. Только не найдут. Разве что те уроды нарочно подбросили какой-нибудь чепухи. — Шебукин выдернул из лежащей на столе папки чистый лист, развернул перед собой, вооружился карандашом. — Ладно, господа стратеги, рисую наглядно — тогда, глядишь, и сообразите.
— Что ты собираешься рисовать?
— Сейчас сами увидите… — карандаш вычертил на бумаге дугу. — Это, стало быть, железная дорога, фертштейн? Ну, а это, стало быть, вагоны. Обратите внимание, дорога в этом месте как раз изгибается — видите, какая дуга? Спрашивается — простое совпадение? Нет, судари мои, не совпадение!
— Погоди, погоди! — Дмитрий в волнении ухватил Михаила за руку. — Ты считаешь, он снимал через окно?
— Ну, конечно же! Окна по причине тепла уже распечатали, так что высунь в окошечко крохотную камеру да еще с выдвигающимся экранчиком — и никто ничего не заметит. Стой себе у окна и снимай, а чтобы обзор получше был, как раз и требуется искомая кривизна пути. — Шебукин фыркнул. — А вовсе не для того, чтобы спровоцировать дополнительный сход вагонов. Уверен, именно такой версии придерживаются господа чекисты… Но главное — никакого риска. Снимаешь, взрываешь, прячешь камеру в карман и линяешь. При этом все внимание привлечено к последним вагонам, а пассажиры первых легко и просто могут сваливать на все четыре стороны.
— Насколько я знаю, сразу после расцепки вагонов уцелевшую часть состава отогнали на следующую станцию. — Задумчиво пробормотал Харитонов.
— Что и требовалось доказать! — Шебукин пририсовал к поезду жирную стрелку. — Значит, тотчас после акции наш клиент благополучно отчалил восвояси. Там пересел на попутную электричку и окончательно скрылся. Вместе с радиопускателем и видеоматериалами.
— Скрылся — да не совсем… Во всяком случае, мы почти наверняка знаем, что ехал он где-то здесь. — Подавшись вперед, Дмитрий ткнул пальцем в первые два квадратика нарисованных Мишаней вагонов. — Это либо первый вагон, либо второй, — дальше уже снимать было бы трудно. Разве что высунуться в окошко по пояс, но этого он делать бы не стал.
— Значит, на этих двух вагонах и остановимся, — вздохнул Тимофей. — Хотя и в них пассажиров набирается порядком. Чуть ли не сотня человек.
— Ошибаешься! — возразил Дмитрий. — Во-первых, купированные вагоны в поездах чередуют по расположению коридоров. Нас интересует исключительно правая сторона, а значит, один вагон уже отсеивается. А во-вторых. Билеты в купированные вагоны продаются только по предъявлению паспорта. Из этого следует, что круг подозреваемых гуманоидов не столь уж широк.
— Молодец, соображаешь! — похвалил Шебукин. — Теперь остается добыть список пассажиров и пробежаться по нему с калибром покруче. Заодно поспрошать особо бдительных, — может, даже повезет, и кто-нибудь припомнит камеру в руках попутчиков.
— Ну, это, пожалуй, слишком жирно… — Дмитрий откинулся в кресле, задумчиво покрутил в пальцах ручку. — Но в любом случае попробовать стоит.
