Мы из спецназа. Лагерь

рассыпавшимися волосами накрыла его лицо. Губами пробежалась от подбородка ко лбу, едва слышно шепнула:
— Тебе не было противно?
— Противно?
— Ну да, связываться с такой, как я?
— Глупая, — Зимин прижал Алену к себе, устремившись глазами в ночное небо, подумал, что даже на такой элементарный вопрос ответа ему не найти. Видимо, жизнь шла своим чередом, из плоских сфер переходя к мрачноватым объемам, и отвечать весело он, в самом деле, был не в состоянии. Потому что понял, что же в скором времени ему предстоит совершать. А предстояло ему снова убивать и убивать — безо всякой жалости, пуская в ход все свои зловещие навыки. И сердце его заранее каменело, ежилось от дурных предчувствий, однако ничего изменить он уже не мог.

Этой ночью ему пришлось еще немало побегать. Сначала Стас проводил в лагерь Алену, потом вновь выбрался за забор и сбегал к лесной захоронке. Недавние надежды на то, что заготовленные аксессуары спецназовца не пригодятся, пришлось похоронить. Из того, что поведала ему Алена, следовал неутешительный вывод: в оценке противника они вновь допустили досадный просчет. Врагов оказалось больше, и враг оказался неизмеримо сильнее. Следовательно, приходилось экстренно вооружаться. Во всяком случае, та внутренняя встопорщенность, которой поневоле он заразился от перепуганной девчушки, ему очень даже помогла. Возвращаясь к лагерю, он вовремя успел заметить пост, о существовании которого часом ранее не подозревал. Один из ребяток сидел внизу под деревом, второй расположился в ветвях далекой кроны. Судя по всему, он обозревал территорию лагеря, который с высоты древесного гиганта просматривался от края и до края. В самом деле, зачем сторожевые вышки, если есть сосны и березы? А если у этих ребяток имелись еще и приборы ночного видения, то дело обстояло совсем скверно. Тогда держать под контролем они могли не только освещенную огнями территорию лагеря, но и весь прилегающий лес. Оставалось только надеяться, что колодцу эти двое должного внимания не уделили. Главным их объектом оставался лагерь, хотя что именно они отслеживали — оставалось для Стаса загадкой. Впрочем, возможно, дежурство назначено было только на сегодняшнюю ночь, и это наводило на свои безрадостные мысли. Значит, что-то этой ночью планировалось особое — что-то такое, от чего зависела безопасность местной верхушки.
Как бы то ни было, но предупрежден — значит, вооружен, и, описав порядочную дугу, Зимин вышел к лагерю с другой стороны. Зная направление, в котором засели наблюдатели, он пробирался к вагончику, прячась за постройками и случайными деревьями, пригибая голову, а порой и передвигаясь чуть ли не на четвереньках. Пожалуй, принимай у него сейчас экзамены ветераны разведки, оценки Зимин получил бы не самые низкие. Во всяком случае, те двое, он был на сто процентов уверен, его появления возле вагончика так и не заметили. А вот он появление в вагончике чужого сумел определить сходу. Да и трудно было не определить, — в вагончике явно творилось неладное. Во всяком случае, уже возле крыльца Стас явственно услышал сдавленный хрип. Что-то упало на пол, глухо колотнуло в стену, гулко перекатился по столу стакан. Больше мешкать было нельзя, — Зимин влетел в вагончик, и глазам его предстало не самое приятное зрелище. Натянутый ремень удерживал связанные руки Сильвера возле металлической спинки кровати, сам же завхоз егозил ногами и изгибался туловищем, силясь высвободиться из смертельного капкана. А капкан, в самом деле, представлялся смертельным. Незнакомый мужчина сидел верхом на спине Сильвера и что есть сил стягивал концы проволоки, перехватившей шею поверженного. Дело явно шло к фатальной развязке, и Стас не раздумывал ни секунды. Это мохеровыми шарфиками можно душить минуту или две, — орудие же вроде рояльных струн или туристических пил с алмазными заусеницами перегрызают позвонки не в пример быстрее. Прыгнув вперед, Зимин ударил убийцу ногой. Вернее — попытался ударить, но нога лишь скользнула по чужим ребрам. Это казалось невероятным, но ночной визитер сумел опередить его. Каким-то чудом угадав появление у себя в тылу очередного противника, он ящерицей перекатился по полу, в мгновение ока очутившись за хозяйским столом. Если бы не тело лежащего Сильвера, Стас, конечно, сумел бы его достать, но атака удалась лишь наполовину. Убийца почувствовал силу его удара, но далеко не в той степени, на которую рассчитывал бывший спецназовец. Попади он в подмышечную впадину (куда, собственно, и метил), противник был бы уже в отключке, но этого не произошло, и уже в следующую секунду Зимину пришлось уворачиваться