В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
они здесь кадры преступные куют. Учат проституции, верха потрошить, наркотой торговать…
— И что же оказалось? — нетерпеливо перебил Харитонов.
— А ты послушай… Формально лагерем заправляет Петрашевская Любовь Юрьевна, — это и в бумагах наших есть. Однако в действительности за всеми здешними делишками стоит Папа, в прошлом крупный авторитет, в настоящем — серенький старичок, предпочитающий оставаться в тени… Словом, всей подноготной я еще не знаю, но как выяснилось, здесь имеется своя студия, устроенная прямо в центральном офисе лагеря. Там они и занимаются своим любимым бизнесом. А именно — шлепают фотографии в стиле «ню» и чистого «порно», более того — снимают полнометражные фильмы.
— Какие еще фильмы?
— Известно какие! С насилием, педофилией и прочими изысками черного проката. Разумеется, все это с последующей оцифровкой, музыкальной озвучкой и распродажей у нас и на западе. Ты понимаешь?! Для этого им и нужны дети. Причем добрая часть путевок у них распространяется бесплатно — и знаешь через кого?
— Ну?
— Через наши родные органы!
— Что?!
— Точнее — через отделы по делам несовершеннолетних. Этот контингент, сам понимаешь, абсолютно бесправный, и что там с ним сотворят, никого не волнует.
— Ты хочешь сказать, что в детском лагере вся эта индустрия поставлена на поток?
— Именно! Но это лишь часть айсберга, Димон. Сам понимаешь, порнобизнес — штука рисковая, даже с использованием цифровой техники и интернета. Потому они и стали подлавливать детей из богатеньких семей, потому и стали сажать их на иглу. Идеальный ключик к родителям! Шантаж — из самых простейших!… Но самое пакостное, что эти твари стали подкладывать малолеток под наших чиновников. Словом, такого гадюшника я еще не видел. Вожатые здесь — бывшие зеки, воспитательницы — сутенерши и дамочки легкого поведения. Детей, конечно, не слишком много, но и этого им хватает. На первой стадии девочек и мальчиков — преимущественно из неблагополучных семей — потихоньку развращают и спаивают. Само собой, приучают и к дури. В итоге — смена заканчивается, и получаются послушные актеры, которые за дозу соглашаются выворачиваться перед камерой наизнанку. Ну, а самых перспективных, как я уже сказал, подкладывают заезжим гостям. В основном — нашим бизнесменам и депутатам. Представляешь, какой это компромат — заснять пленочку с каким-нибудь знаменитым политиком, а после пригрозить показом по телевидению? Словом, та же торговля порноматериалами, но за деньги неизмеримо более значимые. В последнее время, как рассказала одна свидетельница, стали пользовать иностранцев.
— Каких еще иностранцев?
— Димон, ты явно тормозишь! Как это каких! Не забывай, мы все-таки столица Урала. У нас здесь и консульства свои имеются, и представительства зарубежные. Так что ни в какую Москву ехать не надо, — хватает своих немцев, англичан и американцев. А так ли уж сложно подловить богатого мужичка на кругленькую попку? Сначала фуршет на лоне природы, потом сауна с бассейном, а после постель. При этом скрытые камеры будут снимать тебя во всех ракурсах и позах.
— Значит, снова шантаж? — Харитонов свирепо потер пульсирующий висок, нехорошо прищурился.
— Шантаж, да не совсем…
— Что ты, черт подери, имеешь в виду?
— Видишь ли, Димон, эти мерзавцы пошли дальше. Сам понимаешь, за обычное порно много не выпросишь, да и не всякий интеллектуал испугается подобного разоблачения. Можно, в конце концов, свалить все на компьютерный монтаж, на пророссийские махинации. А вот если тебе предъявят труп ребенка, которого ты сперва зверски изнасиловал, а после задушил собственными руками, это уже совсем другое дело. К слову сказать, и другая статья. Что называется — из расстрельных. К трупу, разумеется, приложат твои пальчики и что-нибудь из личных вещей, измазанных кровью младенца.
— Ты хочешь сказать…
— Да, Дим. Именно эту комбинацию они пытаются претворить в жизнь. И почему нет? Сирот у нас пропасть, — никто не хватится одного-единственного ребенка. Зато шантажируемый все портки изгадит, как только его подцепят на подобный крюк. И денежки выложит, не торгуясь. Все, сколько попросят. Еще и у друзей побежит занимать.
— А если в другое место побежит?
— Крайне сомнительно. Очень уж тяжелая статья. Да и с уликами, я думаю, они постараются выдать полный комплект — от тех же пальчиков на перочинном ножике до анализа спермы и фрагментов кожи, застрявших под ногтями у ребенка.
— Такое впечатление, что ты пересказываешь фильм ужасов.
— Этот фильм вот-вот выйдет на экраны, если мы не вмешаемся.
— Хмм… — Дмитрий взлохматил шевелюру, на секунду зажмурился, пытаясь привести
