В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
— Ага, в коробке из-под торта, обвязанного красным бантом… — Маркелов хотел было сказать что-то еще, но, споткнувшись о гневный взгляд Лосева, умолк. Неизвестно, какое бы направление приняла беседа, но возле дежурных мониторов обеспокоено шевельнулся Марат.
— Але, Димон! Похоже, клиент нарисовался. Только что припарковал на стоянке «Мерседес», теперь топчется у порога, жмет на звонок.
— А почему мы ничего не слышим?
— Так я звук отключил. Мы ведь никого не ждем, верно?
— Вроде нет… — Харитонов нахмурился. Неожиданности, какими бы они ни были, он не слишком приветствовал. Как говаривал персонаж одного известного фильма: «настоящая война всегда начинается вдруг». Так оно, в сущности, и получалось. В отличие от радостных событий, неприятности, проблемы и невзгоды предпочитают налетать внезапно — без джентльменских предупреждений, без уведомлений по телеграфу и телефону.
— О, Господи! Я ведь совсем забыла! — секретарша Елена подхватилась с места, качнув светлыми локонами, метнулась к своему столу. Коротко прошелестев бумагами, выдернула из середины стопки исчерканный лист. — Ну, да, вот же он! Малинин Сергей Захарович, работник рекламного бизнеса, предприниматель. Записывался еще на прошлой неделе. Только я за всеми этими бедами совершенно забыла…
— Что у него за дело?
— Не знаю, что-то связанное с дочерью.
— Ага, стало быть, опять семейные неурядицы. — Маркелов поморщился. — Какой-нибудь криминальный аборт или пиво с наркотиками. Пожалуй, нам стоит всерьез подумать о том, чтобы из сыщиков переквалифицироваться в психологов… А что? Те, говорят, нехило зарабатывают. Уж всяко покруче нашего.
— Так мне впускать его или нет? — нетерпеливо буркнул Маратик.
— Конечно, впускай! Или у тебя деньги лишние завелись?
— Ага! У меня их куры не клюют!… — Маратик сердито щелкнул тумблером, отпирая внешний замок. Темная фигура на крохотном экране пришла в движение. Сергей Захарович, обладатель серебристого «Мерседеса» и потенциальный спонсор охранного агентства «Кандагар» торопливо юркнул в помещение.
В чем-то циник Маркелов оказался провидцем, и причина, по которой в офис «Кандагара» заявился господин Малинин, в восторг Харитонова не привела. Записавшийся на прием Сергей Захарович действительно был обеспокоен изменившимся поведением родной доченьки. Дело же объяснялось крайне просто: вчерашняя девочка-лепесток со сказочным именем Алена угодила по случайной путевке в лагерь. Не тот, в котором держат малолетних преступников, а самый обычный, предназначенный для цивилизованного отдыха детей и подростков. Раньше таковые именовались пионерскими, теперь же и названия толкового для них не сумели придумать. Кто-то толковал о скаутском движении, другие рассуждали о спортивно-оздоровительных центрах, — в итоге дело не трогалось с места, и службы, ведающие бывшими детскими лагерями, медленно, но верно приходили в упадок. Вот и этот лагерь представлял собой заведение более чем сомнительное. Немудреная реклама обещала множество витаминов, грамотных преподавателей и изощренный досуг, но главное — она подкупала ценой. В сущности, почти задаром родители имели возможность на месяц или два избавиться от своих докучливых чад. И, разумеется, избавлялись — с превеликой охотой приводя своих наследников и наследниц.
— Так в чем все-таки дело? — Харитонов мало-помалу начинал терять терпение. — Первый год прошел нормально, девочка вновь туда рвется…
— В том-то и дело, что рвется! — Сергей Захарович суетливо выхватил из кармана платок, начал его терзать и мять. — И насчет первого года я бы тоже не спешил с выводами. Вы поймите, ей четырнадцать лет — возраст, что и говорить, сумасбродный, а вернулась она оттуда совсем другой.
— Что значит, другой?
Сергей Захарович в смущении оглянулся на коллег Дмитрия. Те старательно делали вид, что занимаются своими делами. Елена и вовсе вышла в соседнюю комнату.
— Ну, вы, наверное, догадываетесь… Раньше Алена о таких вещах даже не поминала. Играла на фортепиано, книги читала. А теперь…
— Теперь у нее, конечно, мальчики на уме, улица, поцелуи. — Харитонов поморщился. — По-моему, это естественно, Сергей Захарович. Что вы хотите — подростковый возраст. Дети растут, гормоны в крови бурлят. Или вы хотите, чтобы ваша Алена до института в куклы играла? Увы, такого не бывает.
— Да нет же, тут совсем другое!
— А если другое, обратитесь к психоаналитику. Причем здесь мы?
— Прошу не давить на меня, я пришел по правильному адресу! — голос Сергея Захаровича сорвался. Кажется, он начинал заводиться. — Дело не в возрасте, дело — в лагере.
