В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
бабки, так что смекай. Проиграешь, будешь мне должен.
— А если выиграю?
— Значит, долг твоего пацана спишем, как и договаривались…
То ли он успел дать какой-то тайный знак, то ли просто истекло положенное время, но обладатель рыжих кудельков и золотых печаток быстро приблизился к рингу и, театрально взмахнув коротенькими ручками, тонким голосом объявил:
— Первый бой! Без раундов и перерывов. Время боя не ограничено, допускаются любые удары и любые стили… Итак, Куш против Капитана! Бывший форточник против дисквалифицированного бомжа!
Зрители встретили необычное выступление гулом довольных выкриков. Кто-то даже пронзительно свистнул, но Папа скривился, и свист тотчас оборвался.
— Для несведущих повторяю, — вновь заголосил рыжеволосый, — ставки традиционно принимает Стакан, он же выплачивает призы. Так что без кипеша и лишних советов! Все должно проходить культурно, как в долбанном Майами, из которого я вернулся не далее как на прошлой неделе…
Подчиняясь команде рыжеволосого, один из бритоголовых лакеев ударил в висящий тут же поблизости гонг. Еще больше выпятив свою жутковатую челюсть, Куш ринулся к Зимину, и уже по тому, как он двигался, как покачивал плечами, Стас понял, что паренек обречен. Папа не обманул: Куш представлял собой стопроцентного мальчика для битья. Он мог сколько угодно пугать своим видом и своими повадками, но к серьезным схваткам этот парень был явно не готов. Он и первые свои удары исполнил, как робот — скорее по обязанности, нежели с целью нанести сопернику серьезный урон. На миг Стас даже пожалел парня, но тут же и обругал себя за несвоевременные мысли. Жалеть в первую очередь следовало себя и Игната. А также всех тех, кого здешняя элита использовала в качестве золотоносных доноров. Вот и с Кушем не следовало церемониться, — роль мецената Стасу решительно не подходила. А потому, подловив парня на вялом джэбе, Зимин ответил встречным еще более стремительным «кроссом». Попал точнехонько в «треугольник смерти», располагающийся под носом бедолаги, и, разумеется, это малости сопернику хватило. «Мальчик для битья» в очередной раз потерял сознание, довольно некрасиво хлопнувшись затылком на брезентовое покрытие. Кто-то из толпы вновь заулюлюкал, кто-то громко ругнулся матом, но бой не задержали ни на минуту. Нырнувшие под канаты ребятки тотчас убрали с ринга обмякшего сотоварища, а на смену ему грузной поступью шагнул Гриня. Этот был и страшнее, и опаснее Куша. Лишнее сало не мешало противнику перекатывать под кожей литые шары мышц, и любое попадание тяжелых его кулаков грозило долгим и надежным беспамятством. А хуже всего оказалось то, что весящий не меньше центнера боец помимо рук владел и ногами. Это Стасу сразу дали понять, хлестнув по рукам небрежной «мельницей». А парой секунд позже Зимин едва успел отпрянуть от умело проведенного «майгери-кокато». Пятка медведеподобного Грини целила в аккурат ему в грудь — и попади она в цель, на этом бой бы и закончился. Зато определил свою тактику и Стас. Будь это столкновение в честном поединке, он тоже пустил бы в ход ноги, но здесь проявлять свои способности было категорически запрещено. Для НИХ он был всего-навсего боксером — не самым мастеровитым, но с отменной скоростью и дыхалкой. В этих рамках Стас и должен был держаться. Конечно, он мог бы рискнуть и пойти на прямой обмен ударами. Тогда появлялся шанс в грубоватой рубке связать Гриню по рукам и ногам, затяжным марафоном вытянуть из него первую взрывную свежесть. Но и такой расклад был по-своему чреват. Во-первых, Гриня значительно превосходил Зимина по массе, а значит, любая борьба с ним обещала бездну проблем. Во-вторых, немалые опасения внушала и физическая мощь соперника. Стас не сомневался, что Гриня обладает всеми качествами профессионального нокаутера и при удачном попадании запросто мог устроить Зимину маленький Армагеддон. Таким образом, ни вязаться с Гриней, ни рубиться Зимин не собирался. Тактику подсказывала сама разница в весе. Кто легче, тот и бегает, — на этом и следовало строить всю игру. Юлить, бегать и опережать где только можно.
Уже первая минута показала, что ни Грине, ни публике такая манера боя не нравится. Братки вновь стали свистеть и улюлюкать, кто-то даже затопал ногами, но на это Стасу было плевать. Лишь бы не бросались яблоками или банками из-под пива. Один раз такое он уже видел в родном Екатеринбурге на вольном чемпионате. Тогда разъяренные зрители обрушили на удачливого голландца целый поток всевозможных снарядов. Ринг в считанные секунды стал скользким от пролитого пива, а взбешенные голландцы в тот же день потребовали у устроителей матча денежной компенсации. Впрочем, здешней публикой управлял иной дирижер, и выплеска негативных
