В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
На этот раз телефон был упрятан уже не за чертой лагеря, а поблизости от родного вагончика. Как казалось самому Стасу, место оно подобрал вполне надежное — за паркетными дощечками, какими было обито складское помещение. Наткнулся он на эту пазуху совершенно случайно, приметив ос, которые то и дело присаживались на деревянную стену. Проследив за насекомыми, Зимин осторожно приподнял одну из паркетин и немедленно обнаружил пару пергаментных, изрытых неровными оспинами шаров. Точно диффузоры динамиков, гнезда басовито гудели, одним своим гулом предупреждая всякое невольное вторжение. Впрочем, тревожить ос Зимин не собирался, справедливо рассудив, что лучшего места для схрона ему не найти. Сюда и был помещен сотовый телефон вкупе с запасными аккумуляторами, миниатюрным фонарем и упаковкой таблеток сильнейшего снотворного. Пользуясь передышкой, Стас коротко проверился и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, осторожно извлек свой тайный боезапас. Во всяком случае, у него были все основания полагать, что кое-что из припасенного арсенала ему может сегодня пригодиться. Ну, а начало всему положил телефонный звонок Харитонову. Времени прошло достаточно, и потому можно было надеяться на свежие новости. Ему повезло, Дмитрий откликнулся без промедления, будто сидел в ожидании у телефона.
— Ты можешь говорить?
— Не мог бы, не звонил…
— Тогда слушай! Твоего Гусака мы вычислили. Теперь пасем неотлучно. Надо сказать, хлопец не по годам шустрый. Только за то время, что мы за ним наблюдаем, совершил не менее дюжины правонарушений. Капусту стрижет только так! И тут же проматывает возле игровых автоматов. Мы уже даже спорить начинаем, в какое место он отправится играть в очередной раз…
— Что с иностранцем?
— Порядок, не волнуйся, — тоже под колпаком. Это некий Чарльз Ларсен, второй секретарь английского представительства.
— Всего только второй?
— Ну, и что? Быть вторым иногда удобнее, чем первым.
— Это я понимаю, но почему наши шантажисты выбрали его? Все-таки не генеральный консул и не миллиардер. Всего-навсего — какой-то там секретарь.
— Верно, секретарь — но не такой простой, как кажется… Словом, мы тут Юрика Пусвацета подключили, и парочку запросов по поводу сэра Ларсена он успел сделать…
— И что же?
— А вот слушай! Выяснилось, что мальчишечка действительно с большими-пребольшими связями. Я ведь уже сказал: он — из семейства Ларсенов, а Ларсены — довольно именитая семья в Англии. Владельцы ипподромов и алмазных копей, хозяева полудюжины респектабельных замков. Кроме того, они владеют пакетами акций в десятках солидных корпораций, а один из Ларсенов в свое время даже мылился в женихи к племяннице английской королевы.
— Вот как!…
— Словом, наш Чарльз — принц белых кровей, а в этих кругах уважают не только банковский счет, но и репутацию. По этой самой репутации наши здешние монстрики и вознамерились нанести удар… Кстати, информация о его педофилии тоже не является большим секретом. В тамошней прессе вроде бы даже упоминалось его имя. Потому, собственно, и решили сослать бедного Чарльза в российскую глушь — так сказать, подальше от европейской прессы и английских младенцев.
— Что ж, место для ссылки подходящее.
— Еще бы! И деток можно безнаказанно портить, и на глазах у суровых родителей не маячить. А если что, органы опеки всегда пойдут навстречу иностранцу. Сам, небось, помнишь, как любят они капустку…
— Это понятно. Лучше скажи, с Гусаком он встречался?
— Было такое дело. И встречались, и даже обменялись какими-то бумагами. Мишаня толком не разглядел, но полагает, это были фотографии.
— Клубничка?
— Скорее всего. Возможно, твои хозяева предлагали Ларсену очередных девочек. А может, и мальчиков, не знаю. Все-таки гостенек — особый! Попробуй угоди такому!
— И где он сейчас?
— Если ты о Ларсене, то он вернулся в консульство.
— Но здесь его, похоже, ждут — и ждут с нетерпением.
— Если ждут, значит, приедет. Вопрос только — когда. До ночи еще далеко.
— Ну, это как сказать… Меня тут уже как сивку загоняли.
— Загоняли или затрахали?
— И то, и другое… Ты не гогочи, радости от этого я не получаю. Кроме того, такое ощущение, что местная братва вот-вот меня раскусит.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Сам не знаю. Только не оставляет, Димон, чувство, что со мною тут, как с мышью играют. Сначала кровушкой хотели замазать, а когда не получилось, самого взяли на прицел.
— То есть?
— Не совсем уверен, но поблизости постоянно кто-то ошивается. Возможно, меня даже пасут…
— Ты что, не можешь точно определиться?
— Не забывай, это
