В частное детективное aгентство «Кандагар» обратились встревоженные родители: что-то странное происходит с их детьми, три месяца, проведенные в летнем лагере, резко изменили подростков, сделали их скрытными, замкнутыми, неуправляемыми, циничными и жестокими.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
не город, а детский лагерь. А малышня ведет себя совсем не так, как взрослые. Куда ни сунься, все на тебя пялятся, показывают пальцами, могут даже камнем запустить. Так что сразу не разберешь — любопытство это или что другое.
— Значит, схоронись на время, отдышись.
— Ага, а работать кто будет? Я ведь сюда не по санаторной путевке приехал.
— Хмм… Тогда даже не знаю, что посоветовать. Могу прислать кого-нибудь из ребят, но тебе-то от этого легче не станет?
— Нет, конечно.
— А я все-таки кого-нибудь пришлю. Скажем, того же Маркелыча. Очень уж не любит он слежку. Пусть лучше тебе подстрахует.
— Только предупреди насчет постов.
— Не волнуйся, Сергуня лес лучше нас всех знает. На волков чуть ли не с голыми руками охотился.
— Тут не волки, — тут звери позубастее будут.
— Он это учтет…
— Гусак-то по-прежнему в городе?
— Ага, продолжает развлекаться.
— Что значит — развлекаться?
— А то и значит: парень только и делает, что гуляет по улицам, жрет и пакостит. Время от времени названивает куда-то по сотовому. Возможно, нашему Ларсену. Кстати, свой сотовый этот козлик умудрился продать уже четыре раза.
— Четыре?!
— Ага, — кудесник каких мало! Мы тоже глаза вовсю таращим. Честно скажу: даже не подозревали, сколько бед может причинить городу один-единственный несовершеннолетний паршивец. Если внимательно посчитать, то лет на пять он уже заработал.
— Это как же?
— А так. Мелкий грабеж — раз, порча и кража имущества — два, плюс мошенничество и попытка изнасилования.
— Что, что? Изнасилование?!
— Ну, изнасилования у него, положим, не получилось, — мы помешали, но полапать девочку юный урод успел. В общем, желание подмять его и посчитать ребра — огромное. Когда все закончится, честное слово, так и поступлю!…
За окном вагончика мелькнула тень, и Стас, предупреждающе шикнул в трубку. Мгновенно отключив телефон, успел бросить его на шкаф, и в дверь тут же стукнули.
— Открыто! — крикнул он и, кувыркнувшись на койку, торопливо принял беззаботный вид. А в следующую секунду в помещение вошла Алена.
— Отдыхаешь?
— Ага, или нельзя?
— Вот уж не знаю… — она сумрачно оглядела блеклые стены вагончика и, подойдя ближе, присела на самый краешек койки. — Тут еще пара машин прикатила. Совсем недавно. Мужики с цепями и наколками — явно блатные. А из резиденции всю мелкоту вытолкали взашей. Даже прибираться запретили.
— Это что же у них — типа воровской сходки получается?
— Воровской или нет, но беседуют. Игнат сказал — вы на семь часов таймер поставили?
— Ну, да…
— Значит, съемка уже началась. — Алена зябко поежилась, и Стас рукой попытался накрыть узкую ладонь Алены. Ничего из этого не получилось, — она тут же высвободилась. Без лишней резкости, но довольно решительно.
— Не надо!
— Почему? — Стас постарался придать голосу искренность, но из этого ничего не вышло. Опалив его взглядом карих глаз, Алена спокойно произнесла:
— Ты сам знаешь, почему.
— Не знаю.
— Или ты уже не с Любашей?
— Нет, конечно.
— Но ведь у тебя с ней было?
На этот раз сказать «нет», он не осмелился, и затянувшееся молчание она тут же истолковала единственно правильным образом.
— Вот видишь, значит, было. Хорошо, что не стал врать.
— Интересно, кто тебе сказал?
— Да уж нашлись доброжелатели. Подобные новости распространяют здесь быстро… — Алена некоторое время помолчала. — Она что, действительно, так нравится вам всем?
— Кому это всем?
— Да всем! Вон и Игнат с ней переспал, и Гусак со своими сопляками.
— Этого я не знал.
— Зато я знаю!… Вот и объясни мне, почему так происходит?! Получается, что шлюхи привлекательнее нормальных женщин? Так, да?
И снова Стас прикусил язык. В голове его словно замкнуло некий механизм, отвечающий за рождение мыслей. Он решительно не мог ей ничего ответить.
— Конечно, я тоже шлюха, не спорю, но все равно мы с ней разные. Разве можно нас сравнивать?
— Нет, конечно.
— Тогда в чем же дело? В ее жирном бюсте?… — Алена нервно сжала кулачки, а на щеках ее разгорелся лихорадочный румянец. — Да, я понимаю, она фигуристая. И задница у нее круглая, но разве это самое главное?
— Фигура здесь совершенно ни при чем. — Попытался перебить ее Стас, но Алена тут же вскинулась.
— А что тогда причем? Что?!… Ваше чертово либидо?… Так я тоже не святая! Многих уже здесь перебрала. И все равно! — ни под Папу, ни под Гусака никогда не лягу!
— А под Косту?
Вопрос прозвучал хлестко, словно пощечина. Собственно, это и было пощечиной, но не злой, а отрезвляющей, приводящей в
