Мы из спецназа. Поединок

на окружающие дома, дворы, пустыри и дороги. Куда заложить мину, чтобы вызвать наибольшие разрушения, где посадить снайпера, чтобы иметь самый удобный ракурс обстрела, какими черными ходами и закоулками можно воспользоваться, чтобы исчезнуть незаметно с места преступления. Харитонов копошился в гигантской паутине городских кварталов, выискивая наиболее подходящий участок.
Он не ленился заглядывать во все подвалы, чердаки, темные подворотни, пугая своим появлением случайных бомжей и одуревших от дозы тинейджеров. Он старался ничего не упустить, понимая, как дорого может обойтись ошибка. Каждые десять — пятнадцать минут он перезванивался с остальными, говорил несколько секунд, держа руку на пульсе того, что происходило рядом. Время работало против них, и Дмитрий просто не мог позволить себе отвлекаться.
Харитонов начал свой обход недалеко от цирка. И только теперь, углубившись в Университетский переулок, Дмитрий вдруг понял, чем его смущал тот замысловатый зигзаг, который делал один из предполагаемых маршрутов. Вместо движения по улице 8 Марта, он сворачивал с Московской ветки на улицу Куйбышева и по Университетскому переулку пролегал до Александровского проспекта. На этом участке из-за рельефа местности кортеж неминуемо замедлял скорость и, таким образом, становился уязвимым. Дмитрий ощутил внутреннюю дрожь — дрожь от предчувствия скорой удачи.
Он ускорил шаг. Миновал стадион «Юность» и вдруг неожиданно остановился. В этом месте дорога делала резкий поворот. Всего метрах в ста отсюда стояло обшарпанное здание пятиэтажки. Старый хрущевский проект без балконов, значит, белье все еще сушат на чердаке. А вход туда по металлической лестнице и через люк, который жильцы всегда закрывают, чтобы не украли постиранное барахло и не лазали пацаны или бомжи. Три подъезда наверняка сквозные, так как в советские времена строили, строго соблюдая меры противопожарной безопасности. Дима стиснул в кармане рукоятку «ТТ». В груди бешено колотилось сердце, и внутренний голос твердил, что это то самое место, которое они с таким упорством ищут. Пока это было всего лишь предчувствие, но своим предчувствиям Дмитрий привык доверять.
Внимательно осмотрелся вокруг: слева стояла другая пятиэтажка, но на первом этаже размещался магазин и еще какая-то контора, следовательно, сквозной проход отсутствовал. Справа находилась детская площадка и небольшой скверик — крошечная территория для выгула четвероногих жителей ближайших окрестностей. Харитонов медленно двинулся вперед. С каждым шагом подозрения его крепли. Место для теракта подходило идеально. Во всяком случае, он на месте боевиков выбрал бы именно этот дом, лучшую точку для удара вряд ли можно найти.
Он проверил каждый подъезд. В двух из них выходы на другую сторону были завалены разной рухлядью: санками, детскими колясками, выброшенными после ремонта старыми газовыми плитами и прочими громоздкими вещами, от которых жильцы стремились избавиться любым способом, чтобы не задохнуться в своих малогабаритках. Но один подъезд оказался на удивление свободным от вещевого хлама. Видимо, здесь проживала иная возрастная категория.
Харитонов подошел к запасной двери. Как он и предполагал, она была заперта. Тем не менее при ближайшем изучении оказалось, что замок исправный и им регулярно пользовались. Сердце учащенно билось, эмоции рвались захлестнуть рассудок в радостном возбуждении от близкой удачи. Но он охлаждал свое нетерпение: пока это только совпадения, и ничего больше.
Несложная манипуляция с замком, и дверь открылась. Он вышел на противоположную сторону дома и попал на другую улицу, где на тротуаре сплошным рядом стояли автомобили. Недалеко отсюда просматривалась ограда Малаховского собора, за которой шумел ветер в мощных ветвях парковых сосен. Все было значительно лучше, чем он мог себе представить. Сердце его торжествующе екнуло. Вот вам как на ладони все возможные пути отхода. Именно о них напоминал Тимка, когда обсуждали технологию поиска. Всего-то и нужно — выйти на улицу, сесть в машину и надавить на газ или неторопливо, вразвалочку прогуляться до парка и скрыться в его дебрях.
Дмитрий снова вошел в подъезд, аккуратно закрыл дверь. А еще через минуту он уже поднимался на чердак замызганной пятиэтажки. Здесь он включил фонарь и, стараясь ступать по возможности бесшумно, начал обследовать помещение. Оно оказалось общее на весь дом, то есть перекрытия между подъездами отсутствовали. Это увеличивало площадь поиска, а также усиливало риск появления под крышей незапланированных гостей. Попасть сюда и выбраться обратно можно было только через один и тот же люк, так как крышка запиралась навесным замком.