Мы из спецназа. Поединок

Чтобы я хоть раз подвел Шмеля!…
— Подводил, Антоша, и неоднократно. Так что не лепи горбатого. Признаюсь, один раз хозяин даже советовался со мной — спрашивал, не пора ли тебя в расход пустить? Честно скажу, я был за, а вот он отчего-то передумал. Пожалел тебя, видно.
Нижняя челюсть Антоши отвисла, он явно собирался что-то сказать в свою защиту, но боялся разозлить Лумаря.
Под направленным стволом редко кто отличается разговорчивостью.
— Шмель был правильный вор, — продолжал Лумарь. — Всегда давал людям шанс. Как знать, может, и я тебе его дам.
— Что я должен сделать? — дрожащим голосом произнес Смирнов. Он даже чуть приподнялся и поправил галстук, демонстрируя немедленную готовность приступить к делу.
Глядя на него, Лумарь ощутил тошноту. В глазах Антоши светилась самая настоящая рабская преданность. Прикажи ему вылизать обувь, раздеться догола или сделать минет — и ведь исполнит все в точности. Тля, которая лишь по недоразумению приняла людской облик.
Что такое совесть, Лумарь и сам понимал довольно смутно, однако полагал, что его игра ведется более или менее честно, точно вписываясь в суровые мужские правила.
Он убивал не женщин и детей, а холеных мордоворотов с кабаньими загривками.
При этом каждый из них был грешен и каждый мог запросто заказать самого снайпера со всеми его людьми в придачу.
Этот же человек никаких правил не соблюдал вообще. Словно тренированная ищейка, он шел на один-единственный заученный запах — запах денег, и, если ради них требовалось торговать порнокассетами или травкой, взламывать банковские коды или поставлять за рубеж девочек сексапильной внешности, он занимался этим с одинаковым рвением и без малейшего колебания.
Была, правда, одна особенность: Антоша всегда предпочитал работать только на вторых ролях. Свои пакостные идейки он приносил в лукошке кому-нибудь из более зубастых, и на правах рыбы-лоцмана скользил рядом, проворно подхватывая из пасти очередного хозяина вываливающиеся куски. Так было со Шмелем, так было и с другими, и на всех них, без сомнения, Антоша успевал работать одновременно.
— Мне нужен архив Шмеля. Весь, — жестко произнес Лумарь. — База данных по деловым контактам, а также остальная хренотень. Ты понимаешь, что я имею в виду? Группировки, их связи и заморочки, адреса любовниц, хаты, явки…
— Нет проблем, сделаю.
— Что значит — «сделаю»? Давай… — Лумарь молча протянул руку.
Антон явно растерялся, судорожно придумывая очередную байку, но под взглядом киллера покорно поднялся и подошел к полке. Покопавшись некоторое время, Смирнов вытащил желтый компакт-диск.
— Вот.
— И все?
— Раньше было несколько дискет, но на сидироме хранить надежнее. Вот я и переписал. Тут есть свежая база данных, полученная из органов, а на отдельном файле записаны архивы Шмеля. Программа запросит пароль. Надо набрать инициалы Сталина и дату его смерти.
— Красиво. — Лумарь покрутил в руках коробочку с компактом. — Признайся, наверняка не последняя копия, а?
Антоша отвел глаза.
— Многим уже запродал такие компакты?
Смирнов ничего не ответил. Его молчание обо всем говорило и так. Лумарь в общем-то и не ожидал ответа. Что-что, а уж крысятничать этот тип умел. Тем, собственно, и загребал бабки…
— Ладно, хрен с тобой… — Он спрятал компакт в боковой карман, переложив пистолет в левую руку, достал свернутый вчетверо листок. — Вот тебе домашнее задание. Выполнишь все в точности, может, заслужишь прощение.
Антон потянулся было за листком, но Лумарь с противным смешком отдернул руку:
— Сперва выслушай!… Так вот, здесь фамилия человека, его телефоны и адрес. Твоя задача войти с ним в контакт и под любым предлогом организовать мне с ним встречу. Время и место я сообщу позднее, после того как получишь его согласие, а сделать это — в твоих же кровных интересах.
— Что я ему скажу, он ведь просто так не клюнет?
— Скажешь, что с ним хочет встретиться его старый знакомый, у которого есть важная информация про Шмеля. В общем, сам мозгами раскидывай, тебе-то не впервой байки сочинять. Главное, постарайся не оставлять зацепок, чтобы не вычислили. Провернешь все, как задумали, — награжу, нет — пеняй на себя!
— Что-нибудь еще?
— А еще хочу напомнить тебе о большом-большом крючке, на котором тебя держат очень серьезные люди. Они тебя знают, а ты их нет. Поэтому брякнешь где-нибудь лишнее слово, и ты труп. Я не Шмель — и тянуть фазана не буду. Пошлю людишек, и в аут. Достанут из-под земли и в ту же землю зароют. Все понял?
Антоша энергично кивнул.
— Тогда бывай, лопушок. — Лумарь поднялся со стула и, не спрашивая разрешения, выдернул из