Мы из спецназа. Поединок

неуверенность. Он и вести себя толком не знал как, явно еще не сжившись с ролью «крутого».
— Ну? И где деньги? — с ходу прогнусавил он. — Помнится, Лещенко клялся, что привезет все до копейки…
— Зашей рот, шустрик! — Дмитрий ткнул пальцем в грудь новоявленного пахана. — Я сюда не с тобой толковать приехал, а с реальными людьми. Так что, если за тобой кто есть, пусть валит сюда.
— Да ты… — Володаев поднял глаза и смолк. Вся спесь с него разом слетела.
Дмитрий смотрел на него холодно и жестко. Именно так в свое время он рассматривал кучерявого и бородатого араба, за пару недель вырезавшего несколько офицерских семей.
Легко было себе представить, что с ним сотворят отцы и мужья убитых, но Дмитрий тогда поступил просто. Одной-единственной очередью взял грех на себя, не позволив бойцам превратиться в лютых зверей. И, глядя ему в лицо, тот убийца-наемник тоже в один миг все понял. И сник, как ни пыжился до того, изображая непримиримого бойца с неверными.
— Давай, шустрик, не заставляй ждать. Зови кого постарше. — Дмитрий похлопал Володаева по плечу. — А с тобой разговора не будет.
— Но я… — растерянно начал Володаев.
— Ты — номер шесть! — веско произнес Дмитрий. — На этом базар закончен.
Видимо, почувствовав нелады в переговорах, некто грузный выбрался из «мерседеса», вперевалку зашагал к беседующим. С видимым облегчением Володаев обернулся к шагавшему, обиженно пожаловался:
— Вот! Хотят поговорить. А денег, похоже, не принесли.
— Я уже понял.
— Правильно понял. Не принесли и не принесем. — Дмитрий, улыбаясь, смотрел на приближающуюся «крышу». Хотелось рассмеяться, да не позволяла ситуация. Перед ним, чуть ссутулив массивные плечи, стоял Серега Маркелов, бывший десантник и нынешний сотрудник «Кандагара», который, по общему мнению, сейчас нежился на далеких черноморских пляжах.
— Отойдем? — Маркелыч качнул тяжелой головой, и, продолжая улыбаться, Дмитрий двинулся за коллегой.
— Никак прямо из Ялты сюда приземлился? Наверное, на парашюте, да?
— Да сорвалась моя Ялта. — Маркелыч поморщился.
— А я думал, ты нам про жизнь курортную расскажешь. Про русалок морских, про девочек шоколадных.
— Брось, Димон. Я же не знал, что такая петрушка получится. Этот козел попросил помочь, я и согласился.
— Ты у него что, в начальниках охраны?
— Да нет, вроде консультанта по чрезвычайным обстоятельствам. То есть пока, значит, в отпуске.
— А в машинах кто сидит?
— Да фуфло разное. Натолкали сотрудников из фирмы, нарядили в плащи. Из деловых, по сути, я один.
— Знакомая тактика. — Дмитрий ухмыльнулся. — А магазин-то зачем грозились взорвать?
— Да ты что? Ничего я ни о каких магазинах не знаю. Не хватало еще мараться. Вот только сюда и пригласили поприсутствовать. И залепуху преподнесли насчет каких-то отморозков. Дескать, пугают, денег не отдают, бизнеса грозят лишить.
— Сколько пообещали за услугу?
— Полторы тысячи зелеными сразу и еще две в качестве премиальных. — Маркелыч потупился. — Димыч, я правда не при делах. Отпуск же, правильно? А тесть баню строит, просил помочь. А чем помочь? Бабок — кот наплакал. Вот и решил подхалтурить.
— Хорошие у тебя халтуры. Денежные… — Дмитрий огляделся. Поймав понимающий взгляд Тимофея, незаметно подмигнул. — Короче, так, Серый. Твои полторы теперь становятся общими, согласен? Половина отходит «Кандагару», половина — тестю на баню. Это тебе штраф за левак. А своему козелку коротко и внятно объясни, что мы круче Кавказских гор и все такое. Вон и генерал у нас в машине погонами сверкает. Пусть твой Володаев поглядит, мозгами пошевелит. А про Лещенко ему лучше забыть. Мужик кирпичи лепит, за народное хозяйство радеет, такого трогать западло.
— Но деньги-то он заплатит?
— Обязательно. Только не сегодня и без всяких процентов. Пущай господин Володаев поумерит свои аппетиты. Можешь даже объяснить ему, что собирались его тут пришить, а ты уговорил не брать грех на душу.
— Все понял, Дим.
— Тогда двигай. Будем считать переговоры завершенными.
— Погоди! Так тоже нельзя. Давай хоть постоим немного. Мне же полтора косаря отработать надо.
— Тут ты прав. Спектакль должен быть убедительным. — Легко и красиво Дмитрий извлек на свет потертого вида и оттого еще более грозный «ТТ», поднес к носу опешившего Маркелыча.
— Как думаешь, Серый, Володаева это успокоит?
— Пожалуй. А он видит?
Скосив глаза, Дмитрий кивнул.
— Аж побелел, бедняга. У него, часом, сердечко не бо-бо?
— Да вроде не замечал.
— Вот и отлично. Кстати, помахай своим нетопырям ручкой. А то они там действительно занервничали.