В Екатеринбурге кто-то целенаправленно уничтожает криминальные авторитеты. Что это? Начало новой войны за сферы влияния или чья-то месть? Власти получают оперативную информацию о готовящемся теракте в дни религиозных торжеств. Кому на руку кровопролитие? Город взбудоражен слухами и тревожными ожиданиями, люди в панике. Все силовые структуры брошены на поимку таинственного киллера и группы террористов, но основную роль суждено сыграть бойцам из охранного агентства «Кандагар» бывшим спецназовцам — Дмитрию Харитонову, Тимофею Лосеву и Стасу Зимину.
Авторы: Щупов Андрей Олегович
и срывающимся голосом заговорил:
— Простите, Христа ради. Не со зла я… Жена у меня и дочка. Как выпивать стал, ушла она и дочку с собой забрала. В другом районе теперь живут… Там у нее квартира… Так они сказали: если не привезешь товар до утра, то убьем и дочку твою, и жену. Что же мне делать оставалось?
— Кто сказал? — спросил Андрей.
— Да мужики те, что жили у меня и съехали незадолго до вашего прихода.
— А чего же они не забрали с собой товарчик?
— Боялись они чего-то, так я понял по ихнему разговору. Вот и решили его тут оставить вроде гарантии, чтобы с ними ничего не случилось. А адресок, куда я должен доставить пакеты эти, вы того… записывайте, что ли… Только уж не забудьте про жену мою с дочкой.
— Адрес-то мы запишем, только заботу свою мог и раньше проявить, дурья твоя голова. Давай-ка, Андрей, вызванивай полковника Кравченко. Объясни ему ситуацию, пусть посылают людей куда следует, да и за нашим уловом могут приезжать.
Домой Елена не пошла и на этот раз. Офис «Кандагара» по-настоящему становился для нее родным домом. Уходить в пугающую пустоту своей квартиры ей совсем не хотелось. Когда-то вместе со Стасом там жила любовь, надежда на семейное счастье, детей, теплый и устроенный быт, но, увы, этим мечтам не суждено было сбыться. И как это часто случается, он ушел к другой. Обида и ревность терзали ее душу, особенно когда Наталья появлялась в офисе. Как он мог променять ее на эту пустышку, без образования, профессии и абсолютно неприспособленную к жизни? За какие заслуги Наташке достался такой парень? Лену мучила зависть.
Жизнь тем временем шла своим чередом. Постепенно окружающий мир начал снова обретать краски: через страдания человек приходит к мудрости, а время все-таки и вправду лечит, да и ребята в «Кандагаре» относились к ней с искренним уважением и любовью. Ведь она была для них настоящей палочкой-выручалочкой.
Вот и сейчас она чувствовала, что нужна им больше, чем когда-либо. В воздухе веяло тревогой и опасностью, которая исходила не только от бритоголовых отморозков, что тогда подкараулили ее в подъезде, но и от тех темных сил, угрожающих взорвать мирную жизнь города, развязать очередную волну ненависти и насилия. Слова «теракт», «террористы», «исламский экстремизм» за какие-то три-четыре года стали почти обыденными, а в первые же недели после крушения американских небоскребов превратились чуть ли не в основной символ эпохи.
И хотя Лосев с Харитоновым на чем свет стоит крыли журналистов за развязывание в прессе истерии, Елена внутренне продолжала бояться всего того, что проистекало с Ближнего Востока. Отрезанные головы и цинковые гробы, жуткие зинданы с заложниками и разрушение буддистских святынь — все это шло оттуда: из жарких пустынь и прокаленных солнцем гор, из мест, где, по мнению Елены, доброе и светлое выжить попросту не могло. Душманы, басмачи, моджахеды — слова разные, а страшная, непонятная суть та же.
А ведь Аллах и его посланник Мухаммед в точности повторяли христианских Бога Отца и Иисуса. И говорили они, в сущности, об одном и том же, используя порой одни и те же примеры. И если православие восславляло право человека на служение и любовь к Всевышнему, то ислам понимался как покорность и смирение перед мудростью Аллаха.
Елена искренне не понимала, почему из-за каких-то пустяков одни верующие готовы были резать и убивать других. Религиозные конфликты в Ирландии и Палестине, столкновения в Индии, ненависть к прозападным исламистам казались ей форменным бредом, поэтому, читая газеты, она все чаще ощущала себя ребенком, неспособным понять распри взрослых. В этом смысле команда, собравшаяся под крышей «Кандагара», служила ей настоящим примером. Ни разу она еще не видела, чтобы Гриша, помешанный на буддизме, спорил до хрипоты с крещеным Юриком о вере, а уж к мусульманину Марату, столь же доброму, сколь и бесстрашному, все без исключения спецназовцы питали самые теплые чувства. Его иначе как О Марат и не называли, и эта дружеская ирония лучше всего выдавала самое искреннее расположение. Пожалуй, в некотором смысле «Кандагар» стал для Елены мерилом человеческих ценностей. Здесь все было просто и ясно, а убеждения никогда не становились поводом для ссор и ненависти.
Часы давно пробили двенадцать, но ни о каком отдыхе не могло быть и речи. Вся команда «Кандагара» сейчас работала: разделившись на группы, они вместе со специальным подразделением ОМОНа прочесывали те кварталы города, где проедет торжественный кортеж патриарха. Связь осуществляли через Лену, и она, получив новые
