В результате падения метеорита на Земле наступает ‘ядерная зима’. Выжили не многие. Мародеры правят этим миром… Как выжить в таких условиях и при этом остаться человеком?
Авторы: Русаков Валентин
за мной, — неожиданно зашипело в наушнике, заставив меня вздрогнуть. Да что ж такое! Вот блин Вовка, «Нострадамус» хренов, предчувствие у него…
— Принял, — ответил я и поспешил к напарнику.
Юра стоял рядом с шиферной крышей одноэтажного кирпичного здания, как он сказал караулки, в десятке метров было ещё одно, побольше — штаб. Обошли крышу караулки, перекусили болторезом небольшой навесной замок на дверце во фронтоне и пробрались на чердак, где включив фонари осмотрелись
— Юр, а тут вообще много народа служило? Штаб-то вон какой.
— Последние лет двадцать только ВОХР и трое прапоров — алкоголиков, часть не боевая, склад по сути.
— Ясно.
— Ну-ка помоги, — Юра ухватился за крышку лаза — щит из досок оббитый жестью.
Чуть приподнявшись, крышка застопорилась, а под ней что-то громыхнуло.
— Там цепь снизу, — пояснил Юра, — и замок. Загляни, болторезом дотянешься?
— Нет…
— Ну тогда ломаем, дай-ка фомку.
Оторвав две хилые петли, приподняли щит, и развернув его по диагонали скинули вниз, де он громыхнув повис, раскачиваясь на цепи.
— Посвети, — сказал Юра, — и винтовку держи.
Спустившись вниз, мы оказались в помещении сушилки, на стене несколько зарешеченных ТЭНов, два овчинных тулупа на вешалке и пара валенок под ней.
— Надо будет прихватить, — посветил я фонарём на тулупы.
— Обязательно, — кивнул Юра, и открыл дверь.
— Как в морге блин, холодно, воняет ещё и темно, — сказал я поёжившись, выйдя в коридор следом за Юрой.
Начали осмотр… помещение комнаты отдыха, к интереьеру которого были приложены явно женские руки, ну да, Юра говорил что в ВОХРе были женщины, несколько цветочных горшков с торчащими из них замёрзшими и засохшими цветами, большая тумбочка с аккуратно составленной посудой, электрический чайник, электрическая же маленькая одноконфорочная печка, на шнурах деревянные таблички с надписью красным лаком «отв. Ст. пр-к Пешев О.И.». На стене книжная полка с детективами и любовными романам, формат «электричка» как говориться. У дальней стены четыре панцирных кровати, аккуратно застелены армейскими синими одеялами с двумя белыми полосами с одной стороны, в углу железная жёлтая раковина с выбитой эмалью… в общем скромный военный быт с гражданским оттенком. В конце коридора похоже оружейная пирамида — три железных шкафа, больше напоминающие раздевалку на каком-нибудь заводе, по диагонали от стены к стене, дверцы этих шкафов запирает уголок пятёрка, вверху толстенный кронштейн, внизу огромный навесной замок.
— Закрыто, — прокомментировал я.
— Не может быть, — хмыкнул Юра и толкнул дверь с надписью «Начальник дежурной смены».
— Прощальный ужин, — осветил я фонарём стол со скромной закуской, в виде консервы сайры и пустой, лежащей на боку бутылки водки.
— Да, похоже, — Юра присел над окоченевшим трупом прапорщика в камуфляже.
Тело скрючено, и лицо… с ужасной гримасой, я даже отшатнулся немного, а Юра расстегнул ремень на трупе и стащил кобуру с ПМом, потом проверил карманы, нашел связку ключей и встал.
— «Вохрушек» похоже, отпустил по домам, или они на постах… под снегом похоронены, а сам тут, задохнулся, — сказал он, вздохнул и протянул мне ключи, — иди, открывай.
Нашей добычей в караулке стали — 8 СКС-ов, вскрытый цинк с парой сотней патронов, «рассыпухой», только ПМовские были в деревянной подставке — 20 штук, кроме тех что были у прапорщика, кожаные подсумки, мощный аккумуляторный фонарь, почти прожектор, два тулупа и пара валенок… все завернули в одеяло и связали веревкой, оставив на чердаке и пошли пробираться в штаб. Влезли через окно второго этажа в абсолютно пустой кабинет, на полу которого валялись разбросанные бумаги с выцветшими печатями, пара табуретов и тумбочек. Юра выбил плечом закрытую деревянную дверь и мы вышли в коридор.
— Идем вниз, «все украдено до нас»… тут только канцелярия действовала, — сказал Юра.
В здании штаба действительно было полное запустение, и жуткий бардак, взломали дверь канцелярии, Юра сразу стал копошиться в бумагах на столе, потом подошел к сейфу в углу и сказал:
— Дай-ка кувалдочку.
Выбив личинку простого дверного замка на двери вроде бы мощного сейфа Юра открыл его.
— Так… что тут у нас, — начал он перебирать папки, и листая содержимое, подсвечивая себе, — ага, вот… вторая площадка, на нее последний раз технику после учений принимали, ну идем.
Мы выбрались из штаба, замерли, прислушались и осмотрелись.
— Вроде тихо.
— Давай за снегоходом, а я там буду, — показал Юра в сторону торчащих из-под снега крыш кунгов, — забери сразу с чердака все.
— Хорошо, — кивнул я и затянув веревки на снегоступах
