На гребне волны

а скорее неким очень нехорошим воспоминанием. – Только не «бог-отец, бог-сын и бог-дух-святой» — это только первый слой. Ты ведь знаешь, что три ветви есть исходящее от единого корня?
— Древний иудаизм, выросшее и отделившееся от него христианство, а затем выпрыгнувший, как лещий из чащи, ислам, по сути нечто странное, но родственное более старшим ветвям. Сожри всех троих Гарм и наколи Сурт на свой клинок, у них даже священные книги одна другую включают. Я эти тонкости успел как следует изучить!
— Вот она, истинная троица, нераздельная и неслиянная, с Единым богом, прикидывающимся через своих посланников тремя разными сущностями. Три ветви, три опоры, три Орудия, которые сумели избежать даже воплощение в материи. Остальное же, вроде Орудий Страстей, Чёрного Камня и прочего… они вторичны, хотя тоже важны.
Ох и чётко, с истовой убеждённостью говорит Лютобор. Я же, обладая знаниями веков грядущих, ничуть не удивлен, благо успел увидеть как, в случае необходимости, эти три ветви, обычно сварящиеся меж собой, быстренько объединяются, чтобы побыстрее сожрать возможные угрозы. Общие для всей этой долбанной триады.
— И какой совет дали те, к кому вы обратились? Что использовать собственную триаду – это я понял. И что первая её часть –превратившийся в Орудие Силы череп-чаша великого князя.
— Собрать собственную троицу Орудий лишь первый важный шаг, — не слишком весело, но всё же улыбнулся Снежный. – Так уж свершилось, что форма первого Орудия поневоле задала её для остальных. Не обязательно черепа, но части тел иных сильных, своими деяниями рвущих ткань мира. Разными деяниями. Разными по отношению к тем, кто начал собирать троицу орудий. Первое создано из радетеля, всю недолгую, но яркую жизнь отдавшего за Русь и даже смерть не омрачила его славу и величие. Вторым должен стать враг. Лютый, страшный, совершённое которым уже принесло много бед, но принесёт ещё больше. Его мы и начали искать, думая прежде всего на сидящих в Царьграде. Риме или близких к короне Германской империи. Ведь прежде всего от них исходила, исходит и будет исходить угроза нашей земле и вере. Мы ошибались, хотя так и не понимаем, почему. А вот ты направился в нужную сторону, Хальфдан Мрачный.
— Аль-Мансур, ранее хаджиб Кордовы, а не так давно придавивший юного халифа и сам севший на роскошный трон халифата. Умён, жесток, опасен и несомненный враг для всех, в ком есть хоть отдалённо схожая с нами кровь. Значит вот чью голову нужно заполучить, желательно не затягивая.
Не скажу, что меня сколь-либо сильно удивила цель. Сама ситуация – это да, но не частность, выразившаяся в том, кто пойдёт на «материал» для второго Орудия Силы. Подходящая кандидатура. Если зреть в корень, то аль-Мансур являлся одним из столпов ислама, одним из «трамплинов», отталкиваясь от которого эта абсолютно чуждая мутная волна с новой силой хлынула в сторону европейских стран и особенно средиземноморья. Уж на что была чужда Византия, но в сравнении с тем, что пришло ей на смену… Мда, тут и добавить то нечего.
Мне нечего. А вот трио арконских жрецов умолкать не собиралось. Даже Гюрята Молчальник.
— В таких делах время годами и десятками лет меряют, Хальфдан. Только б аль-Мансур своей смертью не помер, а остальное… Год или несколько, от клинков твоих хирдманов, леонских копий или от яда, поднесённого тому бывшими друзьями – то нам без разницы. Главное получить тело или хотя бы его часть.
— Получим, — киваю я, подтверждая услышанное пожелание жреца. – На то моё слово, а оно, как многие убедиться успели, не пыль на ветру и не быстро затихающее эхо. Видит Локи. Но если вам стал известен второй, то и третий не должен был остаться тайной.
Усмешки всех трёх гостей с Рюгена-Руяна. Сейчас точно чем-то озадачат, ведь с чувством юмора у них всё более чем хорошо. И точно, Колот Снежный изволил одновременно и порадовать, и ошарашить.
— Третьим должен был стать предатель, готовый предать собственную кровь, веру, землю ради… странного. Мы думали, что им должен оказаться Владимир, едва унесший ноги из Киева в Тмутаракань, но потом, не иначе как щедротами своего нового бога, ставший, наряду со своей новой женой, правителем Византии. Рассуждали, как подвигнуть тебя, конунг, на то, чтобы помочь Руси уже в третий раз прибить щит на врага Царьграда. Но оказалось, что это лишнее. Догадка была близка, родственна по крови, но мы всё ж ошиблись. Хорошо, что вовремя спохватились. Предателя, что должен стать третьим Орудием Силы, уже уничтожили. По твоему, Хальфдан Мрачный, приказу. Осталось лишь добыть его останки и должным образом обработать. Но ты добудь, а уж мы сделаем остальное.
— Добрыня, с-собачий сын, — расхохотался я. – Вот ведь паршивец, даже после смерти никак не