На гребне волны

обирания наивных верующих. Не зря же и сами иерархи того же Рима ни черта сами не понимают, какие реликвии или там мощи настоящие, а какие не столь давней выделки. Этим можно и главное нужно пользоваться! Примерно это я и доносил до своих друзей. Убедительно, с огоньком, чтоб они прониклись до глубины души. Вроде как получалось. Ясно хотя бы по той причине, что они с ходу стали выдвигать новые идеи, а также уточнения к уже прозвучавшим. Даже Гуннар, который от мистической стороны был заметно дальше остальных.
— Как бы нам самим вместо Орудий Страстей подделку не получить. Сперва убедиться придётся.
— И убедимся, — соглашался с побратимом Магнус. – Сперва кто-то из жрецов, умеющих видеть и ведать, что увидел, посмотрит под личиной истово верующего. Большое пожертвование принесёт, чтобы поцеловать Венец там или копье Лонгина. А уже потом, если то не подделка, придут другие. О продаже тайной договариваться или кражу готовить. Хорошо, что мы знаем о местах, где должны находиться Орудия Страстей. Помимо Грааля.
— Копьё Лонгина у германского императора Оттона III, — начал я перечислять места, причём с самого сильного Орудия. – Сам юнец его силу не понимает, но в память о предках относится с почтением. Но из-за этого самого почтения допускает к копью паломников. Да и хранит то в одном храме, то в другом, пусть и в том городе, где сам находится долгое время. Добыть будет непросто, но всё же есть надежды обойтись без большого шума.
— Зато Бич и Терновый Венец в Царьграде, — опечалилась Софья. – И это значит…
— Нам будет очень сложно.
— Их достать!
Сложно – это не то слово. Владимир Тмутараканский, будь он проклят, слишком хорошо знает большую часть повадок что Тайной Стражи, что жриц Лады. Да и его окружение. Оно ни разу не ромейское, а славянское. Плюс те, кто ушёл с Доброгой, не ведая о его двойной игре. Они как были, так и остались чуть ли не важнейшей линией защиты Красносолнечного предателя. Тут если и действовать, то опираясь на мои задумки, родом из веков грядущих, чтобы не всполошить церковников Царьграда. Опять же надо много думать, тщательно планировать и выбирать наиболее подходящие из вариантов. Зато Плащаница, в мое время более известная как Туринская – тут несколько иной расклад. Где то проще, где то сложнее. Известно её постоянное местоположение – один из дворцов византийских императоров на берегу Мраморного моря, а именно Буколеон. Там она, а ни Владимир, ни Анна в этом конкретном дворце на постоянной основе не обитают. И уж тем более в той часовне, где находится сия реликвия, она же Орудие Страстей, нет постоянного потока паломников. Зато есть свойственная всем византийцам жадность и желание с любого дерьма пенку снять, особенно если никто не узнает. Тоже будем посмотреть.
Вот, собственно, и все по основным пунктам, поскольку Крест и Гвозди – тут чистым перебором действовать. Шаг за шагом, экземпляр за экземпляром. Да и к тому же нам как раз не нужно собирать ВСЕ – это что касается Креста – поскольку собрать целое, не имея нескольких частей… Всем всё понятно, да? Гвозди же – они как бы слабейшее из Орудий, потому не столь критично.
Обсудили, впрочем, и это дело. Без тщательного обсуждения лучше вообще ничего не оставлять, а то мало ли как оно всё обернётся. Магнус опять-таки, поскрипев мозгами, добавил, что вроде как должны быть возможности даже чужие Орудия использовать, пусть через задницу и с очень низкой эффективностью. Совсем обрадовал! Я то готов был из кожи вон лезть даже в случае, если бы чужие Орудия нам просто не вредили. А тут вон оно как. И кстати, вот ещё какой вопрос интересовал, а у арконцев как то не спросил, хотя и следовало бы. А может и не следовало именно сейчас.
— А куда уже наши артефакты делись? Исконные, о которых в легендах то и дело говорится, но коих никто так и не видел?
Вдох Гуннара, который в этих делах ни разу не специалист. Печально разводящий руками Магнус. А вот сестрички жестами не ограничились.
— Хотя слухи, — мурлыкнула Елена.
— Сильно-сильно ходят, — подхватила вторая сестра.
— О том, что были они.
— Но или уничтожены…
— Или схоронены так далеко и глубоко.
— Что не достать их.
— Ни нам.
— Ни даже тем…
— Кто их схоронил.
— А кто это сделал, мы думаем…
— Ты, Мрачный…
— И сам ведаешь.
— Порой враги явные.
— А порой и предатели тайные.
— Подобные…
— Владимиру с Добрыней.
Понятственно. Предатели, они всегда были, есть и, увы, но и останутся. Другое дело, что их ведь тщательно отслеживать надо, дабы не давать занять действительно твёрдые позиции. Иначе продадут всё и всех, причём цена в данном вопросе значения не имеет.
Огорчили ли меня слова жриц Лады? Как ни странно, не