На краю могилы

вести машину по улицам пригорода на высокой скорости.
— О, ты сама все увидишь. И бутылка Дениз тебе наверняка пригодится.
Я поняла — кровопролития действительно не предвидится, поскольку Кости все так же иронично улыбался. Я все-таки надеялась, что угроза жизни матери не вызвала бы у него такого веселья. Когда мы свернули на подъездную дорожку к предполагаемому дому Родни, я услышала, как мать ворчит и ругается. Ну и что в этом необычного?
Кости выскочил из машины, даже не потрудившись заглушить мотор, и так забарабанил в дверь, словно хотел выбить стекла:
— Джастин, открывай!
Передняя дверь отворилась, и я вслед за Кости поднялась на крыльцо. В конце концов, должен же был кто-то из нас двоих выключить зажигание.
Кости решительно шагнул мимо матери, не обращая внимания на ее требование оставаться снаружи. Он лишь искоса взглянул на нее и невольно скривил губы:
— Провалиться мне на этом месте, Джастин! Волосы немного растрепаны. Занималась уборкой, дорогуша? Нет? И твое лицо. Если бы я не знал тебя так хорошо, предположил бы, что ты покраснела. Давным-давно, когда я был проклятой шлюхой, как ты говоришь, я частенько видел женщин в таком состоянии. Каждый раз, когда они кувыркались в постели.
У меня от изумления открылся рот, и я присмотрелась к матери. Она вышла в одном халате, каштановые волосы и впрямь торчали в разные стороны, щеки слегка порозовели… Господи, да у нее засос на шее?
— Грязная скотина, убирайся отсюда! — крикнула она Кости.
А он так расхохотался, что согнулся пополам:
— Вот уж действительно, чья бы корова мычала… Подумать только, а Кэт боялась, что ты узнаешь о ее связи с вампиром. Теперь тебе нечего возразить, не так ли? Давай, приятель, спускайся, прими наши поздравления! Я тобой восхищаюсь.
— Кости, — донесся сверху раздраженный голос Родни, — шел бы ты отсюда!
Я едва не упала.
— Мама? Ты и Родни?
На щеках матери вспыхнул густой румянец.
— Он готовил мне ужин, — выпалила она.
От изумления я с трудом смогла говорить:
— И десерт тоже, верно? Я тебе не верю. Все эти годы ты унижала меня за то, что я сплю с вампиром. Посмотри на себя! Лицемерка, Родни же вурдалак!
— Он не убивает людей, он пользуется только мертвецами! — громогласно заявила она, прибегая к сомнительной логике. — И мне уже сорок пять, так что я не обязана оправдываться перед собственной дочерью.
Я таращилась на нее, словно видела впервые:
— А ему понравилось?
— О чем ты, Кэтрин? — сердито спросила она:
— Трахаться с тобой, вот о чем!
Кости опять зашелся от смеха и даже вытер глаза рукавом.
— Поехали, Котенок. Не стоит их еще больше расстраивать. Никак не могу удержаться… Приятно было встретиться, Джастин. Родни, — опять сдавленный смешок, — восхищаюсь твоей храбростью.
Кости, все еще хихикая, развернул меня к машине. Дверь за нами с треском захлопнулась.
Мы поехали по улицам городка уже на безопасной скорости. Кости еще долго посмеивался.
— Как хорошо, что ты не предупредила ее о нашем приезде, любимая. Это было великолепно!
Я ничего не ответила, а лишь откинулась на спинку сиденья и открыла бутылку джина.
Мое платье было серебристого цвета. От пояса оно спускалось до самого пола, плотно прилегая к ногам, а лиф состоял из двух полосок ткани, соединенных сзади на шее. Спина оставалась открытой, а на груди был такой глубокий V-образный вырез, что исключался любой бюстгальтер. Впрочем, и украшений к нему тоже не требовалось.
Я нахмурилась, глядя на свое отражение в зеркале:
— Если я замерзну, ты сразу об этом догадаешься. Я же хозяйка и не могу выглядеть дешевкой.
Рядом с моим отражением появилось отражение Кости.
— Ты не выглядишь дешевкой — сногсшибательно!
Прикосновение его губ к моему затылку подтвердило комплимент, а мои соски тотчас затвердели и стали видны. Это просто непристойно.
— Восхитительно, — возразил Кости, не отрывая губ от моей кожи.
Ему не могло не понравиться платье, ведь он сам его выбрал. Кости всегда предпочитал более откровенные наряды, чем я. По крайней мере, яхоть надела нижнее белье, каким бы миниатюрным оно ни было: кое в чем я с ним не соглашалась, несмотря на безграничную убедительность его доводов.
Кости на секунду наклонил голову набок:
— Приехала твоя мама.
Поскольку Кости был еще не одет, я спустилась встретить ее. Мы не виделись с того незабываемого вечера в доме Родни, и я даже не хотела узнавать, продолжается ли их связь. Родни, будучи джентльменом, не упоминал о том случае, когда явился утром и занял свой пост на кухне, зато я слышала приветствие Кости: «Привет