На краю могилы

ночью.
Кости опять рассмеялся, но не так весело, как прежде.
— Думаешь, она была первой женщиной, которая спала со мной в надежде погубить? Ничуть небывало. Этот прием использовали и до нее, и много раз после. Нет, извини! Патра не потому так отвратительна в постели. Она просто притворщица, подделка, и если ее лишить всех лживых посулов и одежды, останется маленькая девочка, одержимая манией величия и испорченная такими идиотами, как ты.
— Смерть уже идет за тобой! — взревел Анубис, лишенный остатков самообладания. — Патра призвала ее, и она отыщет тебя и поглотит, движимая неутолимым голодом.
Внезапно он замолчал. Даже не глядя на Кости, я поняла, что он улыбается. Он выпрямился и сбросил напускное добродушие. Лицо Анубиса вновь стало бесстрастным, но было поздно. Он проговорился, и отлично это понимал.
— А теперь, дружок, — сказал Кости, подойдя к Анубису и с обманчивой легкостью касаясь пальцем его лица, — расскажи, что бы это значило.
— Будем открывать шампанское или подождем, чтобы обрызгать им парней? — спросила Дениз.
Мы собрались в гостиной — огромной помпезной комнате, отделанной в восточном стиле, с обилием позолоты и антикварной мебели. Массивный стол, казалось, был вырезан из цельного ствола дерева. Еда и тяжелые серебряные столовые приборы соответствовали этой роскоши, но никто почти ничего не ел. Я перестала барабанить пальцами по полированной столешнице и подняла голову:
— Что? А, да, стреляй пробкой. Они еще не скоро придут.
Тому, что я осталась здесь, а не пошла в подвал, способствовали две причины. Во-первых, я не хотела в праздничный вечер оставлять маму и Дениз в окружении незнакомцев, и, во-вторых, хоть Кости и не просил меня уйти, я знала, что мое присутствие нежелательно. Как только стало известно, что Анубис изображает неведение, было решено действовать без церемоний. Мне не нравилось, что Кости по-прежнему опасался, как бы я не изменила свое отношение к нему, но я не хотела мешать. Тем более сейчас, когда наши жизни зависели от того, как быстро он сумеет вытянуть из Анубиса всю информацию.
Дениз разлила шампанское.
— Этот дом великолепен! — воскликнула она. — А какие запасы! Вы видели, сколько здесь бренди? Если мы останемся надолго, мне понадобится запасная печень!
При виде такого энтузиазма я невольно улыбнулась, хотя и немного грустно: она не знала, какие ужасные вещи в этот момент творятся внизу. Но если достаточно долго прожить среди вампиров, можно многое узнать. Здесь царит не только веселье, подогретое отличными винами.
— Забудь о печенке, — сказала я Дениз. — До полуночи осталось всего два часа, так что мы можем начинать праздновать. Зеро сказал, что они достигли прогресса, хотя и не пояснил, что под этим подразумевается.
Пока Кости, Менчерес, Заступ, Влад, Родни и Джэн оставались в подвале, Тик-Ток и Зеро присоединились к нам на правах охраны. Стоило кому-нибудь споткнуться, они тотчас бросались на помощь.
— Снегопад закончился, — промолвила моя мать. — Теперь, по крайней мере, можно что-то увидеть за окнами. Не могу дождаться, когда смогу покинуть это пустынное место!
Ну вот, началось. Некоторые новогодние пожелания никогда не сбываются.
Я вздохнула:
— Если тебе не нравится общество здешних вампиров и вурдалаков, подумай, насколько хуже было бы оказаться в окружении вампиров Патры.
— Я — не ребенок, Кэтрин! — со своей обычной резкостью заявила мать. — Не смей разговаривать со мной в таком тоне!
Сказывалось напряжение последних дней, хотя мне было известно о ситуации больше, чем остальным.
— Ты — не ребенок? Это новость, если учесть, что ты вела себя по-детски с самого моего рождения.
Мой резкий ответ шокировал Дениз. Она едва не поперхнулась шампанским и откинулась на спинку стула, чтобы видеть нас обеих.
— Ну, все! — разъярилась мать. — Я ухожу!
И почему я не могу придержать язык? Я обреченно вздохнула и пошла вслед за матерью, уже надевавшей пальто у входной двери.
— Мама, одумайся. На улице шесть градусов ниже нуля, ты замерзнешь насмерть. Да и куда ты пойдешь?
— С меня хватит! — огрызнулась она. — Иди туда, делай это, стой смирно, слабая смертная! Детские фокусы! Надоело, что мне все указывают, будто я в чем-то виновата!
Не прерывая гневной тирады, она толкнула дверь и выскочила наружу. Я не пыталась ее остановить. Во-первых, не хотела применять силу, а во-вторых, наши разногласия лучше обсуждать с глазу на глаз. Гостиная вряд ли подходит для семейной ссоры.
— Мама; ты не права. — Я старалась не обращать внимания на пронизывающий ветер. Пальто осталось в доме, и холод быстро проникал под тонкий