Ясира всегда выполняла задания наставницы сама, и появление напарника на одном из них стало для неё неприятной неожиданностью. У Охотника оказался дурной и вредный характер, и конечно, они поссорились. Эйсар Ирни никогда не думал, что его кто-то или что-то может вывести из себя и гордился своим хладнокровием и спокойствием.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
Ясира словно плавала в мутном, вязком тумане, из которого никак не выбраться. Смутно доносились чьи-то голоса, вроде даже знакомые, она ощутила, что её раздели, потом погрузили в тёплое — тут же заныли все синяки, ушибы и царапины, больно кольнуло сломанное ребро. С губ сорвался тихий стон, больше похожий на судорожный вздох, она кое-как разлепила ресницы. Перед глазами всё плыло, в уши как будто ваты запихали. Звуки то отдалялись, то приближались, и понять, где она и кто вокруг, никак не получалось. К телу прикоснулась мягкая губка, медленно провела от шеи до живота. Яра неосторожно пошевелилась, и бок снова прострелило.
— Ш-ш-ш, — чей-то успокаивающий женский голос. — Потерпи, Ярочка…
Кажется, она снова ушла в темноту беспамятства, а когда вынырнула из неё, то уже лежала на мягком, до подбородка укрытая тёплым одеялом. Тяжёлые веки не хотели подниматься, но лицо больше не ощущалось одним синяком, и распухшая скула лишь слегка саднила. Попытавшись сглотнуть, Ясира едва не закашлялась, горло стало сухим и шершавым. Рёбра сдавливала тугая повязка, и хотя дышать приходилось неглубоко, зато бок уже не вспыхивал болью каждый раз.
— Полный покой… никакого волнения… — донёсся до неё незнакомый мужской голос. — Ушибы убрал, но ребро… отбиты внутренности… — она слышала лишь обрывки фраз. — Без оборота несколько дней… Дам амулет и микстуры…
Утомлённое переживаниями сознание сыграло с ней злую шутку: показалось, еще чей-то голос что-то уточнил, Яра не разобрала, что, и почему-то он был похож на Эйсара. Но откуда здесь взяться Охотнику? Она снова уплывала, но на сей раз в целительный сон, и прежде, чем соскользнуть в уютную темноту, до неё смутно донёсся ласковый шёпот:
— Спи.
Лежавшую на одеяле руку тихонько погладили, и Яра окончательно уснула. Нет, конечно, вряд ли это Эйсар, он наверняка улетел в Таниор. Но её, кажется, спасли, и это приятное известие.
В следующий раз, когда она открыла глаза, собственное состояние уже не вызывало желание снова их закрыть и попытаться умереть, лишь бы стало полегче. Яра лежала в своей спальне, в доме графини Исаниры, окна были задёрнуты плотными шторами, и в комнате царил приятный полумрак. Узрев сидевшего на краешке постели Эйсара с серьёзным лицом, державшего в руках глубокую миску с чем-то дымящимся, Ясира страшно удивилась, потом смутилась и открыла было рот, чтобы спросить, что он здесь вообще делает, но не успела.
— Целитель сказал, ты сорвала голос, и пару дней тебе лучше не напрягать горло, — негромко произнёс он, зачерпнул ложкой ароматного бульона из миски и поднёс к губам Ясиры. — С добрым утром, — он улыбнулся уголком губ, и девушка окончательно впала в замешательство, с трудом осознавая, что происходит.
Не сводя с него растерянного взгляда, она послушно открыла рот — есть хотелось ужасно, желудок вот-вот готов был заурчать, — и проглотила вкусную питательную жидкость. Закатная едва слышно вздохнула где-то глубоко в сознании и снова затихла.
— Настоятельница передала тебе привет и пожелала скорейшего выздоровления, — снова заговорил Эйсар, поднеся вторую ложку. — Так что отдыхай и набирайся сил.
Яра послушно съела еще несколько ложек бульона, прежде чем всё-таки решилась нарушить указание целителя и просипела:
— Как?..
За что заработала укоризненный взгляд Эйса и качание головой.
— Я же просил, Яра, — мягко произнёс он, аккуратно вытер ей салфеткой подбородок и снова набрал бульона. — Твоя Закатная позвала Теневого, так и нашли тебя, — спокойно ответил он, без раздражения, без крика, чем снова безмерно удивил Ясиру.
«Наверное, ждёт, пока поправлюсь, и потом нотации начнёт читать», — мелькнула у неё не слишком уверенная мысль. Кажется, от драконицы донёсся едва слышный смешок, но допытываться у зверя, что её развеселило, Ясира не стала. Слабость и апатия прошли не до конца, даже эмоции, раз вспыхнув, медленно растворились, а в животе растекалось приятное тепло и ощущение сытости. За ним пришло умиротворение и лень, хотя она вроде только что проснулась.
— Сегодня полежишь ещё, а завтра пойдём подышим свежим воздухом в сад, — объявил Эйсар, отставил пустую миску и встал. — Если что-то надо, передай Закатной, она скажет моему дракону, — он подошёл к окну и раздвинул шторы, впуская яркий солнечный свет и приоткрыв створку, потом вернулся обратно и снова сел на край кровати, заглянув ей в лицо. — Что-нибудь болит? Как себя чувствуешь? — заботливо спросил он прежним, непривычно мягким голосом.
Пальцы Охотника осторожно коснулись её лица, провели по скуле, где совсем недавно красовался кровоподтёк, и неожиданно эта ласка смутила Ясиру. Она отвела взгляд, молча покачала головой, чувствуя, как щекам становится
