На пути к свадьбе

что дом, в который он вторгся, принадлежит графу.
Но ему нужно увидеться с Люси. Он по горло сыт ожиданием.
Грегори опять огляделся, чтобы сориентироваться, и пошел в сторону главного фасада. Здесь в коридор выходило всего две двери. Мысленно представив здание, он уже потянулся к левой. Если Люси действительно находилась в своей комнате, когда он заметил ее, значит, ему нужна левая дверь. Если только…
Проклятие! У него же нет никакой зацепки. Ни единой.
До чего же он дошел – глубокой ночью крадется тайком по дому графа Феннсуорта!
Господь всемогущий!
Грегори медленно повернул ручку и облегченно выдохнул, когда петли не скрипнули. Он приоткрыл дверь, проскользнул в комнату, тут же осторожно закрыл ее и только после этого огляделся.
В комнате было темно, лунный свет почти не проникал через опущенные шторы. Однако его глаза уже давно привыкли к темноте, поэтому он смог разглядеть мебель – туалетный столик, гардероб…
Кровать.
Кровать была большой, массивной, с балдахином из плотной ткани. Шторы балдахина были задернуты. Если на кровати кто-то лежит, то этот человек спит очень тихо – не храпит, не ерзает.
«Именно так и должна спать Люси», – неожиданно подумал Грегори. Мертвецким сном. Она не нежный цветочек, его Люси, и ей для нормальной жизни требуется глубокий и здоровый сон. Ему показалось странным, почему он так уверен в этом.
Да потому, что он знает се, сообразил он.
Он знает ее душу.
И не может допустить, чтобы она вышла за другого.
Грегори осторожно отодвинул штору балдахина.
В кровати никого не оказалось.
Он еле слышно ругнулся и только потом заметил, что простыни сбиты, а на подушке осталась вмятина от головы.
Он резко повернулся и в последнее мгновение заметил свечу, стремительно несущуюся на него.
Издав удивленный возглас, он метнулся в сторону, однако удара в висок избежать так и не смог. Он опять ругнулся, на этот раз в полный голос, а потом услышал…
– Грегори?
Он замер.
– Люси?
Она бросилась вперед.
– Что ты здесь делаешь?
Грегори жестом указал на кровать.
– Почему ты не спишь?
– Потому что завтра у меня свадьба.
– Вот поэтому-то я и здесь.
Люси ошеломленно уставилась на него. Его появление стало для нее полнейшей неожиданностью, и она никак не могла сообразить, как же на него реагировать.
– Я-то думала, что это какой-то злоумышленник, – наконец проговорила она, приподняв руку с подсвечником.
Грегори позволил себе улыбнуться.
– А оказалось, что это я, – сказал он.
Мгновение он ждал, что Люси ответит на его улыбку. Но вместо этого она прижала руки к груди и прошептала:
– Ты должен уйти. Немедленно.
– Только после того, как поговорю с тобой.
Взгляд Люси зацепился за какую-то точку на его плече.
– Говорить не о чем.
– А как насчет «я люблю тебя»?
– Не произноси этого, – взмолилась Люси.
Он шагнул к ней.
– Я люблю тебя.
– Грегори, пожалуйста.
Он шагнул ближе.
– Я люблю тебя.
Люси задержала дыхание. Расправила плечи.
– Завтра я выхожу замуж за лорда Хейзелби.
– Нет, – заявил Грегори, – не выходишь.
У Люси от удивления приоткрылся рот.
Грегори схватил ее за руку. Она не отпрянула.
– Люси, – прошептал он.
Она зажмурилась.
– Будь со мной, – сказал он.
Она медленно, очень медленно покачала головой.
– Прошу тебя, не надо.
Он резко притянул ее к себе и вырвал свечу из пальцев.
– Будь со мной, Люси Абернети. Будь моей возлюбленной, будь моей женой.
Люси открыла глаза и позволила себе на мгновение встретиться с его взглядом, а потом отвернулась.
– Ты все только усложняешь, – с мукой в голосе проговорила она.
У Грегори сжалось сердце.
– Люси, – сказал он, гладя ее по щеке, – позволь мне помочь тебе.
Она покачала головой и, прижавшись щекой к его ладони, замерла. Ненадолго. На секунду. Но Грегори все это заметил.
– Ты не должна выходить за него, – сказал он, притягивая ее лицо к своему. – Ты не будешь с ним счастлива.
Их взгляды встретились. В ночном сумраке ее глаза казались черными. И до боли печальными. Грегори видел в ее глазах целый мир. Все, что ему требовалось знать, все, что ему когда-нибудь потребуется узнать, – все это было в ее глазах.
– Люси, – взмолился он, – только скажи. Позволь помочь тебе.
Она тяжело вздохнула и отвела взгляд.
Грегори взял ее руки в свои. Она напряглась, но руки не отдернула. Они стояли друг напротив друга, и он видел, как вздымается и опускается при дыхании ее грудь.
В том же ритме, что и его.