У него не осталось ничего, кроме надежды. И когда у него попытались отнять и это, он совершил убийство. На руках его — кровь. За его спиной — охотники. Нелюди. Монстры. Уроды, слишком страшные, чтобы быть явью, а не ночным кошмаром. Смерть следует за нимпо пятам. Смерть отстает всего лишь на шаг. И с каждой минутой этот шаг — все короче. Он бежит от надвигающегося кошмара. Бежит из последних сил, на последнем дыхании. Пока он бежит — он жив. Лучше не думать, что случится, когда он не сможет больше бежать…
Авторы: Маккаммон Роберт Рик
смотрела на маленькие фигурки, пока не устали глаза. Она потерпела неудачу и понимала это. Но ее мысли все ходили и ходили кругами вокруг одного и того же. Спасительница. Одно прикосновение Спасительницы – и она излечится. Так говорил Юпитер. Юпитер не мог обмануть. Нет. Одно прикосновение Спасительницы – и ужасное клеймо несчастья будет вытравлено из ее жизни. Спасительница не умерла. Спасительница вечно молода и красива, она несет в себе божественный свет. Юпитер не лгал. Он не мог лгать.
Но как быть с Дэном? Он не может идти дальше. Если он тот, кого Бог послал, чтобы отвести ее к Спасительнице, то почему же его отняли у нее? Арден подумала было о том, чтобы вызволить его, но что она могла сделать? И она видела, что он болен и слаб, он не мог продолжать путь.
«Ты – Его рука”, – вспомнила она слова Юпитера.
Но если Юпитер ошибся?
Шесть часов, подумала Арден. Шесть часов. Эта цифра должна накрепко врезаться в ее память, чтобы она могла проснуться вовремя. О Дэне придется забыть, она не в силах помочь ему, как бы ей этого не хотелось. Сейчас она должна помогать себе; завтрашнее утро – последняя ее надежда. Арден не знала, куда направится и как будет жить, если увидит могилу Спасительницы. И она не хотела даже думать об этом, потому что этот путь вел в черную безысходность.
Арден уставилась в потолок. Пять лошадей, пять ее талисманов, будут охранять ее всю ночь.
Глаза ее медленно закрылись. Она лежала, прислушивалась к гудению генератора, шорохам насекомых, к щебету ночных птиц и тяжелым ударам работавших вдалеке нефтяных насосов. Она страшилась того, что может принести с собой завтрашний день; в равной степени она боялась узнать и не узнать, что он с собой принесет. Одинокая слеза скатилась по ее щеке с той стороны, где было родимое пятно. Потом к ней пришел сон и унес с собой.
Пелвис вывел Мамми погулять, и сам, пользуясь случаем, справил малую нужду в бухту. Потом он подхватил Мамми на руки и направился назад, в дом, но тут заметил, как на мостках вспыхнула спичка. Этот переход вел к центру Сан-Нести. На мгновение он разглядел лицо и некоторое время смотрел, как разгорается и гаснет огонек сигареты.
Потом огонек исчез. Или человек спрятал сигарету в руке, или просто ушел – в темноте определить было трудно. Пелвис постоял еще несколько минут, поглаживая Мамми, затем в траве что-то прошуршало, и он решил, что пора возвращаться. При мысли о том, сколько змей может подстерегать его в темноте, Пелвис содрогнулся и заторопился к лампочке над дверью.
– Я иду принять душ, – сказал Флинт Пелвису, когда тот показался в дверях. – А ты сиди здесь и не спускай с него глаз, слышишь? Возьми пистолет и сядь. Я скоро вернусь. – Когда он водил Дэна в сарай, то нашел в душевой кабине засохший кусок мыла. И хотя у него не было полотенца, но он больше не мог выносить запах собственного пота. Флинт был уже у двери, но остановился, чтобы задать вопрос, который не давал ему покоя:
– Эйсли, а где это ты научился играть Шопена?
– Сэр?
– Шопена. Та классическая музыка, которую ты играл сначала. Откуда ты ее знаешь?
– А, это меня заставила выучить моя учительница музыки. Она говорила, что это хорошее упражнение для пальцев и отличное средство сосредоточиться. Я думаю, эта музыка меня вдохновила.
– Никогда бы не подумал, что ты играешь классическую музыку. – Пелвис пожал плечами.
– Не такая уж это заслуга. Идите, сэр, принимайте душ, и не беспокойтесь насчет Ламберта.
Флинт вышел; у него были большие сомнения, что теперь он сможет слушать любимую кассету с записями Шопена с прежним благоговением.
Пелвис прошел в спальню, которую Флинт выбрал себе, и увидел убийцу: Дэн лежал на кровати, прикованный наручниками к раме. Пелвис уселся на другую кровать, положил рядом Мамми и навел пистолет на Дэна.
– Мне бы не хотелось, чтобы у тебя устала рука, – сказал «Дэн через минуту, когда стало ясно, что Эйсли намерен не опускать оружия до тех пор, пока не придет Морто. – Я боюсь, что тогда ты случайно пальнешь.
– Мистер Морто велел мне тебя сторожить.
– А ты можешь меня сторожить, направив этот пистолет куда-нибудь еще?
– Могу. Но не хочу.
Дэн хмыкнул и слегка улыбнулся.
– Ты, наверное, думаешь, что я какой-то отъявленный сукин сын?
– Ты убил двух человек. Это не делает тебя ангелом в моих глазах.
Дэн хотел сесть, но подумал, что не стоит делать резких движений.
– Я не убивал владельца этого проклятого мотеля. Это сделала его жена.
– Его жена? Вот это номер!
– Он был жив, когда я уезжал. Перед этим его жена стреляла в меня, но
