На пути к югу

оставить это занятие. Я устал от него, оно омерзительно, я никогда и не собирался заниматься этим… Я просто ходил и ходил кругами, словно трехлапая обезьяна в клетке, – бормотал Флинт. – Мне нужна новая работа, новый старт, хотя…
– Становится жарковато, а?
От этого голос они оба вздрогнули. Вдоль причала шел Монти; в руках он держал тарелку с косточками, которые обсасывал одну за другой. – Вы все еще не надумали искупаться?
Ни Флинт, ни Пелвис не проронили ни слова. Они молча смотрели, как Монти обгладывает кость, держа ее в жирных пальцах.
– Не желаете со мной говорить? – Монти быстро взглянул на солнце. Потом бросил кость в воду, рядом с их лодкой. Всплеск привлек внимание крокодилов, и они устремились к лодке, как чешуйчатые торпеды. Вода закипела под ударами мощных хвостов, и лодка угрожающе закачалась.
– Эти парни проголодались. – Монти взял с тарелки другую кость. – Они могут сожрать все, что угодно, вы знаете? У них стальные желудки. Могу поспорить, что они с удовольствием всадили бы свои зубки в тебя, урод. Держу пари, ты им бы понравился. Такого они отродясь не едали.
Крокодилы разочарованно поплыли прочь, не найдя никакой еды.
– Уж не думаете ли вы, друзья, что это может продолжаться бесконечно долго? – спросил Флинт. – Мы уже получили урок, и больше сюда не вернемся.
Монти расхохотался.
– Вот это верно. Потому что вы отсюда и не уйдете. – Он швырнул в воду вторую кость, и вновь крокодилы устремились за ней. – Эй, Элвис? Не хочешь позавтракать?
Пелвис не ответил, и Флинт заметил, что его глаза опять остекленели.
– Это действительно вкусно. На костях так много мяса, я просто поражаюсь. Хочешь попробовать? – Он показал Эйлси большой кусок мяса. – Гав! Гав!
Пелвис вздрогнул. На виске у него забилась жилка.
– Возьми себя в руки. – Флинт крепко сжал плечо Пелвиса. – Успокойся.
– Мне кажется, он мечтает попробовать, слышишь, мистер Урод? Лови, Элвис! – И, залаяв по-собачьи, Монти бросил в воду остатки мяса и костей из тарелки. В следующее мгновение Пелвис обезумел. Он рванулся через борт. Цепь от наручников, соединявшая их запястья, натянулась, и с криком ужаса Флинт упал в воду следом за ним.

На последних полутора милях Трейн сбавил скорость почти на четверть, до семи узлов, чтобы шум моторов был меньше. Теперь он вовсе выключил оба двигателя и пустил своего “Стрижа” скользить по инерции.
– Подходим, – сказал он, поворачивая руль. Дэн стоял рядом с ним, а Арден сидела на скамье лицом к корме. – Еще немного “Стриж” будет идти, а потом мы прогуляемся вброд.
Дэн кивнул. Винтовки, пистолет и рюкзак с амуницией лежали в шкафу, в задней части каюты. Трейн провел “Стрижа” через сеть каналов с максимальной для катера скоростью – двадцать восемь узлов – будоража птиц и разгоняя крокодилов, которые спешили поскорее убраться от этого железного ревущего зверя. По дороге Трейн рассказывал Дэну, что его настоящее имя Элан Чаппель, что он родился в поезде, между Мобилом и Новым Орлеаном, но вырос на Гранд-Айсл – там рыбачил его отец. Пока он был во Вьетнаме, родители переехали в Новый Орлеан: его отец получил должность консультанта в компании, которая строила рыбацкие лодки. Болота были у Трейна в крови, как он любил выражаться. Он говорил, что должен жить здесь, среди этой первозданной красоты, иначе просто умрет. Он знал, что лодки типа “Стриж” делаются в городе Бервик, в сорока милях от Хумы. В 1976 году он купил списанный бронированный корпус “Стрижа” и потратил три года на то, чтобы сделать из него нормальный катер.
– Сейчас туда, – сказал Трейн, указывая подбородком на очередной канал, который сворачивал влево. – Скажи леди, что когда она услышит удары по днищу, пусть не пугается. Это значит просто, что мы дальше не поплывем, а пойдем вброд.
Дэн пошел на корму, чтобы предупредить об этом Арден. Трейн твердой рукой направил “Стрижа” в узкий канал. Несколько веток скользнуло по бортам, перед самым носом расступилась осока. Трейн взял канат; одним концом он был прикреплен к палубе, на втором болтался железный крюк. Когда “Стриж” заскреб килем по дну, Трейн швырнул крюк в заросли деревьев и потянул канат, и катер остановился.
Они приготовились. Дэн весь вспотел, но не испытывал страха. Может быть, только чуть-чуть. В любом случае, эту работу нужно было сделать.
– Оставь пистолет здесь, – сказал Трейн, когда Дэн вынул из шкафа оружие. – Он может понадобиться леди.
– Мне? – воскликнула Арден. – Я никогда в жизни не стреляла из пистолета!
– Все когда-то бывает в первый раз. – Трейн вставил обойму. – Слушай внимательно, я все объясню. К тебе могут явиться гости, когда мы уйдем, и только два парня могут