На пути к югу

насчет простокваши?
– Нет. – Один только запах простокваши причинял Флинту смертельные муки.
– Если хотите что-нибудь съесть – есть маринованные свиные ножки…
– Эйсли, – прервал его Флинт, – сколько этот сукин сын платит тебе?
– Сэр?
– Смотс. Сколько он заплатил тебе за этот розыгрыш? Пелвис нахмурился. Теперь у них с собакой был одинаково недоуменный вид.
– Не уверен, что понимаю, о чем вы говорите, сэр.
– Ну ладно, шутка вышла на славу! Смотри, вот я уже смеюсь! – Флинт встал. Лицо его было мрачным. Он оглядел небольшую тесную комнату и понял, что житейские привычки Эйсли полностью соответствовали простокваше и маринованным свиным ножкам. К стене был прикреплен кнопками большой плакат с изображением Элвиса Пресли. Это был еще прежний, опасный Элвис, с кошачьей улыбкой; таким он был до тех пор, пока Лас-Вегас не вытравил последнюю тень Мемфиса из его души. На столе стояли несколько бюстов Элвиса, картонная копия Грейсленда, оправленная в рамку фотография Элвиса со своей темноглазой матерью, и дюжина других безделушек и сувениров, которые вызвали у Флинта глубокое отвращение. На противоположной стене висело выполненное в черных тонах изображение Элвиса и Иисуса, играющих на гитарах на ступенях того, что, вероятнее всего, следовало считать проходом на небеса. Флинт почувствовал тошноту. – Да как ты можешь жить в этом дерьме?
Несколько мгновений Пелвис выглядел озадаченным. Потом по его лицу вновь растеклась улыбка.
– О, а вот теперь вы разыгрываете меня! – Мамми вырвалась из его рук и соскочила на пол. Флинт отпихнул ее ногой; она забралась на постель, заваленную пустыми пачками из-под чипсов, и вновь начала лаять.
– Послушай, у меня есть работа, которая ждать не может, так что я, пожалуй., попрощаюсь и уберусь отсюда. – Флинт направился к двери.
– Мистер Смотс сказал, что мы с вами должны быть партнерами, – сказал Пелвис, страдальчески подвывая. – И еще он сказал, что вы научите меня всему, что знаете.
Флинт замер, положив руку на щеколду.
– Он сказал, что мы с вами должны отправиться на охоту вместе, – продолжал Пелвис. – Тише, Мамми!
Флинт повернулся. Его лицо приняло оттенок единственной белой пряди у него в волосах.
– Ты хочешь сказать… Ты хочешь уверить меня… Что это был не розыгрыш?
– Нет, сэр. Именно это я и имею в виду, сэр. Мне звонил мистер Смотс. Вернее, мне сообщили, что звонил мистер Смотс и сказал, что вы уже едете сюда и что мы вместе отправимся на охоту. Гм… Это ведь то же самое, что рейнджеры? – Пелвис принял продолжавшееся молчание Флинта за согласие. – Вот, послушайте, как со мной было, Я прошел заочный курс детектива по материалам одного из журналов. Я тогда жил в Виксбурге. Малый, который заправлял тамошним агентством, извинился, что у него для меня работы нет, но рассказал мне про Смотса. Начет того, что мистер Смотс всегда в курсе всего… Я думаю, он имел в виду его особый талант. Так или иначе, я уехал из Виксбурга, чтобы повидать мистера Смотса, и сегодня днем у нас с ним состоялась беседа. Он предложил мне пожить некоторое время в городе или в окрестностях и пообещал проверить мои способности. Так что, я думаю, речь идет как раз об этом?
– Ты, должно быть, не в своем уме, – раздражено сказал Флинт.
Пелвис продолжал улыбаться.
– Вам следовало бы выразиться еще сильнее – так мне представляется.
Флинт лишь покачал головой. Ему казалось, что стены смыкаются и со всех сторон к нему подступает Элвис. От лая собаки у него раскалывался череп. Воздух был пропитан мерзким запахом простокваши. Ледяная рука страха схватила Флинта за горло. Он дернул щеколду, открыл дверь и выбежал прочь из этой омерзительной, пропитанной Элвисом, комнаты. Когда он бежал по крытому переходу к конторе, чувствуя, как под рубашкой ворочается Клинт, то услышал за спиной крик, словно отголосок ночного кошмара:
– Мистер Мортр, сэр? С вами все в порядке? В конторе, где флаг конфедератов был прибит гвоздями прямо к стене, рядом с промасленным портретом Роберта Ли, Флинт с ходу обрушился на платный телефон.
– Эй, эй, поосторожней там! – предупредил его управляющий в синих джинсах, футболке с короткими рукавами и конфедератке. – Это имущество мотеля!
Флинт сунул четвертак в щель автомата и набрал домашний номер Смотса. После четвертого звонка тот ответил:
– Да?
– Я никуда не поеду с этим мешком дерьма! – выплюнул в трубку Флинт. – Это путь прямехонько в ад, а я туда пока не собираюсь!
– Ха! – только и произнес Смотс.
– Это что, розыгрыш?
– Не нервничай. Флинт. Ты съел что-то не то?
– Сам знаешь, что я съел, черт побери! Этот Эйсли! Чтоб ему провалиться, он думает, что он Элвис! Я профессионал!