На пути к югу

– пообещала Арден, затем вылезла из машины, поднялась по ступенькам и вошла в дверь с тонированными стеклами.
Дэн подумал, что сейчас самое лучшее – поставить ее чемодан на крыльцо и дать газу, но отбросил эту мысль. Слабость охватила все его мышцы, веки отяжелели. Дэн решил, что когда Арден вернется, надо попросись ее сесть за руль. Он выключил двигатель, сложил на груди руки и закрыл глаза. Негромкое гудение насекомых снаружи убаюкивало.
– Мистер?
Дэн открыл глаза и сел прямо. В кабину заглядывал какой-то мужчина. В следующее мгновение Дэна охватил ледяной ужас, потому что мужчина был в полицейской форме.
– Мистер? – вновь произнес он. – Здесь нельзя ставить машину.
– Сэр? – Это было все, что сумел выдавить из себя Дэн.
– Запрещено парковаться перед самой дверью. Это противоречит правилам пожарной безопасности.
Дэн заморгал. Все плыло у него перед глазами. Но он все же разглядел, что мужчина не совсем полицейский. Это был молодой охранник из дома для престарелых. На груди у него (висела бляха с надписью “Служба безопасности. “Два дуба”.
– Вы можете поставить машину вот здесь, в стороне, если не возражаете, – сказал охранник.
– Нет-нет, я не возражаю. – Дэн едва не засмеялся: этот парень, которому на вид было лет девятнадцать, похоже, испугался его седины. – Я сейчас отъеду. – Он завел мотор, и в это время на ступенях появилась Арден.
– Что-то случилось? – спросила она, увидев охранника. Тот начал было объяснять, в чем дело, но в следующее мгновение заметил ее родимое пятно, и голос у него пропал.
– Я хотел переставить машину. Пожарная безопасность, – объяснил Дэн. – Ты уже все?
– Дежурная сказала, что Юпитер обычно встает в пять. Я объяснила ей, что он очень хотел увидеть меня, но она не разрешила будить его раньше. Так что придется ждать еще час.
Дэн потер глаза. Час не имел для него никакого значения.
– Хорошо. Я переставлю машину и попробую немного поспать.
– Отлично. Но внутри есть холл. Там стоит диван, ты мог бы лечь, и наверняка там гораздо прохладней. – Арден неожиданно повернулась к охраннику. – Вы не можете сказать, чего вы на меня так уставились, а?
– Гм… гм… – забормотал тот.
Арден подошла к нему и вздернула подбородок.
– Это называется винное пятно, – сказала она. – Я с ним родилась. Давай, хорошенько его рассмотри, только поскорее удовлетворяй свое любопытство. Хочешь потрогать?
– Нет, мэм, – ответил он и быстро шагнул назад. – Я хотел сказать… нет, спасибо, мэм.
Арден продолжала сверлить его взглядом, но потом, решив, что он не собирается проявлять неуважение, смягчилась. Когда она заговорила вновь, ее голос стал спокойнее:
– Я хочу сказать, что не люблю, когда его трогают без разрешения. – Она опять повернулась к Дэну, и он увидел ярость, гаснущую в ее глазах, как последние угольки догорающего костра. – Я говорю – внутри намного удобней.
– Да, согласен. – Дэн подумал, что мог бы заснуть на голом бетоне, но диван все же гораздо мягче. Он переключил передачу; мотор стучал так же устало, как его сердце. – Я отгоню ее чуть подальше и приду.
Охранник ушел, а Дэн поставил машину на небольшой стоянке неподалеку от “Двух дубов”. Пройти расстояние от нее до главного входа было сущим мучением, зато внутри работал кондиционер и царила божественная прохлада. Худая женщина средних лет с прической, похожей на фунтик мороженого, сидела за окошком регистратуры и, шевеля губами, поглощала какой-то роман в дешевой обложке. Арден сидела напротив, там, где стояли несколько мягких стульев, бронзовые лампы и столик с журналами; а еще там был длинный диван – прекрасный, как земля обетованная.
Дэн опустился на него, снял ботинки и вытянулся во весь рост. У Арден на коленях лежал потрепанный журнал “Нэшнл Джиогрэфик”, но она тоже клевала носом. В холле было тихо, в коридорах горел слабый свет. Откуда-то донесся приглушенный кашель. Дэн подумал, что ни одному полицейскому не придет в голову искать его в доме для престарелых. Эта мысль настолько его успокоила, что в следующее мгновение он уснул без сновидений.
Его разбудили голоса.
– Мэм? Я думаю, что мистер Креншоу уже проснулся. Как ему сообщить о вас?
– Просто скажите – Арден. Он знает.
– Хорошо, мэм. – Раздался звук резиновых подошв, шлепающих по линолеуму.
Дэн открыл глаза и взглянул в ближайшее окно. Небо уже посветлело. Уже около шести, подумал он. Во рту у него было сухо, как в пыльном котле. В нескольких шагах от себя он увидел фонтанчик и, кряхтя, сел на диване. Его суставы были жесткими и неповоротливыми, как ржавые дверные петли. Арден все так же сидела на стуле и всматривалась в коридор, который начинался прямо за окном