На свободное место

на бледном, рыхлом ее лице, похожем на невыпеченную лепешку, появилась нагловатая усмешка.
— Да-а… Вот тут и проверяй жалобы, — вздохнул Валя.
— Это какие же такие жалобы?
Официантка насторожилась.
— Обыкновенные. Которые к нам в трест приходят.
— Ну конечно! Им бы только писать! — возмутилась официантка. — Знаете, какой народ пошел? Выпьют на копейку, а обслуживания требует на сто рублей. Фон-барона из себя строят, особенно если с дамой. А как что — так писать. Больно грамотные все стали.
— Но и наш персонал бывает не на высоте, — назидательно заметил Валя. — Самокритики не хватает.
— Нервов на каждого не хватает! — запальчиво возразила официантка. — А самокритики у нас во как хватает. — И она провела пухлой рукой по горлу, потом, не скрывая любопытства, спросила: — И на кого же у вас жалобы, интересно?
— Не имею права раньше времени говорить, — важно ответил Валя и, как бы давая понять, что разговор на эту тему окончен, взял в руки замусоленный листок с дежурным дневным меню. — Ну-с, что бы такое покушать, — и поднял глаза на официантку. — Вас, кстати, как зовут?
— Катя. Лавочкина… — Она сделала паузу и, пересилив себя, жеманно спросила: — А на меня-то, случайно, не жалуются?
Валя добродушно улыбнулся.
— Так и быть, открою вам служебный секрет: на вас — нет.
— Ой, я знаю, на кого, — обрадованно всплеснула руками Катя. — Ну точно. На Верку небось. Воронина, да?
— Нет, — загадочно покачал головой Валя, подзадоривая ее на новые догадки.
— Ну, тогда Мария.
— И не Мария.
— Неужели Любка? — загораясь, продолжала перечислять Катя. — Спиридонова.
— И не Любка, — улыбнулся Валя, давая понять, что сам он назвать имя не может, но не возражает, если Катя угадает.
— Ну, кто же тогда? Не Музка же? Ею-то уж всегда довольны.
— Почему же это ею всегда довольны? — поинтересовался Валя, впрочем, как можно безразличнее.
— Ой, она так умеет, позавидуешь, — махнула рукой Катя. — Характер ужас какой. Ну, всем умеет угодить, представляете? И буквально каждому улыбается. Надо же? Я, например, так не могу. И потом, Музка красивая. Тоже, знаете, имеет значение, — Катя невольно вздохнула. — Ей, если что, все простят.
— Ударник комтруда? — деловито осведомился Валя.
— Ясное дело. И в местком ее выбрали.
— Значит, жалобы не на вашу смену, — заключил Валя и снова занялся меню. — Что же мы все-таки будем есть?
— Пожалуйста, — с готовностью откликнулась Катя. — На закуску можно будет рыбку организовать. Севрюжку, например, завезли. Очень свежая.
— Но в меню…
— Можно будет, — энергично прервала его Катя. — А еще язычок…
Словом, обед у Вали неожиданно получился отменный, нанесший немалый урон его бюджету. Катя проявила, видимо, небывалую для нее расторопность, и блюда сменяли друг друга с такой быстротой, что Валя едва успевал с ними покончить. При этом с пухлого лица Кати не сходила льстивая, даже, пожалуй, кокетливая улыбка.
— Спасибо, товарищ Лавочкина, — под конец торжественно сказал Валя и, не удержавшись, все же оставил ей на чай всю сдачу.
Катя удивленно посмотрела ему вслед и пожала плечами.
А Валя проследовал в кабинет директора.
Там он застал средних лет человека, высокого, смуглого, с сухим лицом, тонким, орлиным носом и глубокими залысинами на висках. Он был в модном костюме цвета маренго, белоснежной сорочке и бордовом полосатом галстуке. На широком, заросшем густыми волосами запястье видны были какие-то необыкновенные часы на широком золотом браслете. Это, без сомнения, был сам директор, так барски развалился он в широком кресле за столом. А перед ним стоял другой человек, помоложе, потоньше, в черном бархатном пиджаке, серых брюках и с пестрым шейным платком вместо галстука. В тот момент, когда вошел Валя, он самоуверенно произнес, заканчивая, видно, какой-то деловой разговор:
— Все будет в лучшем, виде, Сергей Иосифович. Даже не сомневайтесь.
Внимательно взглянув на вошедшего Валю и, видимо, что-то уловив в его облике, директор сделал нетерпеливый жест рукой, и молодого человека выдуло из кабинета как ветром, он лишь успел торопливо извиниться перед Валей.
— Прошу, — любезно произнес директор, широким жестом приглашая Валю располагаться в кресле возле письменного стола. — Чем могу быть полезен?
— Пока не знаю, — улыбнулся Валя. — Пока прошу ознакомиться.
Он протянул через стол полученное в тресте временное удостоверение, и директор, бегло взглянув в него, тут же вернул.
— Все понятно. Слушаю вас.
Было видно, что его уже успели предупредить о появлении инспектора.
Валя коротко объяснил, что ему требуется,