На углу, у Патриарших…

если «земля» чужая, то и «чистить» ее должны другие менты…
— Нет, не на нашей… — уныло подтвердил он невысказанное предположение подполковника. — На Мосфильмовской.
— Так вот, от этого пусть начальник семьдесят шестого дергается. Брать людей не разрешаю. Тебе же запретить не могу, хотя личный сыск нынче не в моде. Расскажи лучше, как на пальто вышел.
Никольский, не ответив, встал и вышел. Беляков еще раз посмотрел на пальто и набрал телефонный номер:
— Соедините меня с главным редактором… Полковник Беляков… Игорь Сергеевич, можете забрать свое пальто… Нашел, нашел… Секрет фирмы.
Вечером у Никольского был Котов. Они сидели на кухне, пили водку.
— Ты свернешь себе шею, Сергей. Прошла команда — не воротишь это дело, — втолковывал приятелю Слава.
— Еще одна команда, — как бы про себя сказал Никольский. — Слишком много команд, чтобы соблюдать законы.
— Ты не о законе — о себе думай! — рассердился Котов. — Ты прекрасный сыщик, а семнадцать лет сидишь на земле из-за своего характера. Неужели в МУР не хочется?
— Мало ли куда мне хочется… — вздохнул Никольский. — Тебе Беляков звонил?
— Он желает тебе добра, Сергей! — убеждал его Котов.
— Слава, ты же сыщик! Я знаю, что могу их накрыть! — горячо воскликнул Никольский.
— Кого — их? — усмехнулся Котов. — Неужели ты думаешь, что люди, которых шантажировали, будут благодарны тебе? Шадрин-то мужик был. И он застрелился. А те наверняка на шантаж продались, и уже они-то используют все свое влияние, чтобы уничтожить человека, который возьмется ворошить эту помойку.
— Я их не боюсь, — Сергей упрямо опустил голову, набычился.
— Тебе жить, — Котов разлил по рюмкам. — Что ж, выпьем за предстоящее увольнение из органов бесстрашного майора Никольского.
— Сергей Васильевич, наконец-то! — Майя Дмитриевна раскинула руки, как бы готовая обнять дорогого гостя. — Наслышана, наслышана о вас от Ларисы.
— Тоже наслышан о вас и тоже от Ларисы. — Улыбаясь приветливо, Никольский поцеловал ручку Майи Дмитриевны.
— Ларочка знает, у меня без китайских церемоний. Прошу в гостиную, выпьем по рюмочке под кофе, говорить будем. — Майя Дмитриевна, завершив церемониал знакомства, направилась в гостиную.
— Это уж точно — без церемоний, — тихо сказала ей в спину Лариса.
Никольский зыркнул на нее, и она поняла, что продолжать не следует.
В гостиной вновь прибывших ожидал знакомый джентльменский набор: кофейник, чашки, бутылка ликера. Хозяйка и посетители расселись вокруг столика.
— У вас очень уютно, Майя Дмитриевна, — отхлебнув из чашки, сказал Никольский. — После этой бешеной жизни — тишина, покой.
— Бешеная жизнь — это ваша работа? — спросила Майя.
— Наверное, так, — согласился Никольский.
— А чем вы занимаетесь, если не секрет? — закинула удочку Майя. — Мне Лариса говорила, что вы юрист. Адвокат? Юрисконсульт?
— Если бы. К сожалению, я юрист-чиновник, — с наигранной грустью вздохнул Сергей. — Работаю в аппарате Президента, в комиссии по борьбе с коррупцией.
— И кем же? — будто бы равнодушно поинтересовалась Майя.
— Заместителем председателя…
— Ничего себе чиновник! — охнула хозяйка квартиры.
— Ты Сергея допрашиваешь, Майя, будто это ты — заместитель председателя комитета по борьбе с коррупцией, — со значением сказала Лариса. Майя поняла, что ей пора выметаться.
— Мне надо к соседке заглянуть, — сообщила она. — Такая жалость. Так интересно пообщаться с человеком, который живет полной, настоящей жизнью. Не то что мы, домохозяйки-отшельницы. Но я не прощаюсь. Мы еще увидимся сегодня. Выпьем, побеседуем… — Майя встала. — Ларочка, ты все знаешь.
Хлопнула входная дверь. Никольский и Лариса остались вдвоем.
— Лариса, вы неосторожны, — тихо укорил он.
— У меня одно желание — этой суке глаза выцарапать! — прошипела Лариса вполголоса.
— Понятное желание, но сегодня лучше не надо, — попросил Никольский с улыбкой.
— Что ж, тогда любовью пора заняться… — невесело пошутила женщина. — Пошли в спальню, Сергей. Вы ведь туда в первую очередь хотели попасть?
Лариса поднялась из-за стола и направилась в коридор. Никольский придержал ее за локоть:
— Очень прошу вас говорить в спальне шепотом.
У двери спальни Лариса остановилась и произнесла через силу:
— Не могу…
— Вы согласились помочь, Лариса, — напомнил Сергей.
Они вошли в спальню, освещенную верхним светом, а также снизу — специальными лампами. Сергей вышел на середину комнаты, посмотрел на кровать, вспоминая, с какой точки ее фотографировали, и решительно направился