Проведя в шутку ритуал, он провалился в другой мир и попал в рабство. С того злосчастного дня прошло два долгих года, прежде чем у него появился шанс стать свободным. «Всего лишь убей – и я сниму с тебя клеймо раба», – приказал хозяин… Но он не смог убить. Он выбрал другой путь, который повел его в неведомое будущее…
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
спящим, наполняло Рихтуса приятной гордостью. Подумаешь, добавил два кирама — мелочи. Такая молоденькая руаночка стоит не меньше золотого за ночь. Эти приятные мысли позволяли Рихтусу время от времени бросать на попутчика насмешливый взгляд. Из-за спины, конечно, а не в лицо, но ему и этого было достаточно.
Поднявшись в личные покои Вирона’Стора, Линк’Ург остановился перед взбешённым броном и безразлично уставился на дальнюю стену.
— Сколько можно вас ждать, а? — уже в третий раз повторил Вирон, после того как они вошли в покои, и быстрым шагом приблизился к Рихтусу. — Ты, сын нихты и разбойника! Ты не мог исполнить мой приказ поживее?!
— Простите, хозяин, — пролепетал тот в ответ.
— Пшёл вон! — крикнул ему прямо в лицо Вирон, и дождавшись, когда главный надсмотрщик его владений покинет покои, недовольно посмотрел на Нюха. — Есть работа, — проговорил он уже спокойней. Нюх не был его рабом, и Нюх был опасен. Даже являясь благородным, ему приходилось мириться с этим и сдерживать свой гнев.
— Цена прежняя, мин Вирон, — спокойно выдохнул Нюх и почесал правый бок, в котором неприятно закололо. — Кто беглый?
— Мальчишка ещё, — лицо Вирона скривилось. — Чревлово отродье! Жалкая тварь! Сам рабом назвался, а как я клеймо поставил, странным каким-то стал. Говорил — свободным рождён. Трижды по полдесятицы плетей ему выписывал, пока он эту ересь нести перестал. А теперь вот сбежал. Сын нихты! Ты должен отыскать его, слышишь, Нюх? Я хочу убивать этого выродка медленно!
— Разве я хоть раз подводил вас, мин Вирон?
— Ты знаешь моего раба Альтора’Кранга? — вопросом на вопрос ответил Вирон.
— Слышал краем уха.
— Что слышал? — взгляд Вирона цепко впился в лицо охотника.
— Ничего особенного. То, что он был магистром магии, а теперь ваш раб.
— У-у, — протянул Вирон, и развернувшись, принялся медленно расхаживаться туда-сюда. — Так вот этот бывший магистр, — стал объяснять он при этом, — Обучил мальчишку кое-чему.
— Чему?
— Если эта старая тварь не врёт, то не особенно многому. Несколько заклинаний первого круга, «молния» третьего. Четыре «щита». Один общий первого круга и отдельные по стихиям — Воздух, Вода и Огонь. Вроде всё, хотя…
— Вы же знаете, мин Вирон, что я сам неплохо владею стихийными ветвями до четвёртого круга, — мягко перебил Нюх. — Так что всё это не имеет ни малейшего значения. Вдобавок, вы не упомянули «щита» земной ветви. А я наиболее силён именно в ней. Так что никаких затруднений, думаю, не возникнет. Доставлю вам беглого, как и в прошлые разы, и всего делов. Задаток половина суммы, — добавил Нюх тоном профессионала и Вирон медленно кивнул.
— Хорошо. Я не сомневался в этом. Есть ещё кое-какие детали, Нюх. Я тебе их сейчас изложу.
Чёрт! Из-за резкости произошедшего, совсем про «молнию» забыл. Не-ет, мы ещё побарахтаемся.
Я почувствовал, как плетение рвануло из узла к ладони, готовое вырваться и вонзиться в этого пухлого барчонка. Но дальше произошло непонятное. Плетение вдруг в долю секунды разрушилось и меня тряхнуло с такой силой, что я потерял сознание.
Очнувшись, попробовал пошевелить онемевшей рукой, но ничего не вышло. Потом осторожно открыл глаза, и челюсть поползла вниз. Передо мною стояла пожилая женщина лет пятидесяти пяти, а может и старше. Она с интересом рассматривала мой клинок, поворачивая его то так, то эдак. Заметив, что я очнулся, она посмотрела на меня со вниманием и задумалась.
— А парень где? — спросил я единственное, что пришло в голову, продолжая разглядывать непонятно откуда взявшуюся бабулю. Добротные кожаные сапоги с толстым носом, так любимые аристократами северного Доргона, серые штаны из грубого сукна, вовсе не аристократские, а скорее простолюдинские, бежевая, явно мужская дублета. Единственное, что соответствовало полу — шляпка. В цвет дублеты, с широким полем впереди и большой брошью в виде цветка на узкой тульи. Несмотря на то, что смотрелось всё это довольно нелепо, я сдержал вдруг полезший изнутри смех. Невежливо смеяться в лицо тому, кто только что сбил тебя с ног мощным ударом. А то, что это сделала именно стоящая передо мной старушка, сомнений быть не могло. Мой нож находился в её руках.
Нет, конечно, может быть тот парень её внук… Сбил меня, отдал нож подошедшей бабушке, а сам зашагал дальше, доверив своей прародительнице самое интересное — добить. Глупость какая-то.
— Что, не идёт мне? — спросила бабуля, заметив, как я пялюсь на её головной убор. — А между прочим, двенадцать золотых за неё отдала. Сейчас в южном Доргоне мода на такие, вот и ломят цену. Как, по-твоему, дороговато для такой простенькой шляпицы?
