Проведя в шутку ритуал, он провалился в другой мир и попал в рабство. С того злосчастного дня прошло два долгих года, прежде чем у него появился шанс стать свободным. «Всего лишь убей – и я сниму с тебя клеймо раба», – приказал хозяин… Но он не смог убить. Он выбрал другой путь, который повел его в неведомое будущее…
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
сжатия у заклинания гораздо больше, чем у кулака Руны. Земля она, конечно, земля, но до какой плотности её можно сжать — это вопрос.
Пришлось в один миг упереться ступнёй в икру глема, рывком выдернуть клинок и приготовиться к ответной атаке. Удивлённый глем замер, но уже через секунду развернулся одновременно с замахом дубины. Едва успев присесть, я с замиранием сердца услышал свист над головой. Судя по нему, скорость движения глемового оружия была далеко не маленькой.
Рубанув мечом по пальцам ближней глемовой ноги, я откатился в сторону, выходя из сектора удара. Вскочил на ноги, встал в стойку, держа меч перед собой. Атакованный глем бросаться на меня не спешил. Он стоял на месте, а возле отрубленных пальцев, словно живой организм, шевелилась земля вперемешку с ярко-красными змейками. Заклинание восстанавливало повреждённую конечность. Зато остальные трое, наконец-то, сообразив, что бьются с иллюзией, разом двинулись в мою сторону.
А в моей глотке словно застрял ком того, из чего эти твари были сделаны. Так и не проглотив слюну, отчего пот прошиб всё тело, я рванулся вправо, бросив взгляд на Руну. Но та занималась шаром.
Сняла она метку, не сняла, этот момент я проглядел. Теперь бабуля сжимала шар. Не знаю зачем, может, он мог взорваться, если его оставить так, но помогать мне она явно не спешила. Придётся пока барахтаться в одиночку.
Мотнув головой и сжав зубы, я двинулся на ближайшую тварь, собираясь ударить в самую тонкую часть мерзкого туловища. Голень или запястье. Там можно перерубить при хорошей силе удара. Первый раз я бил в район трицепса, и меч застрял где-то посередине. Значит, шанс есть.
Снова, едва успев присесть перед летящей на меня дубиной, я рубанул по голени. В этот раз клинок прошёл «навылет», и я тут же откатившись метра на три вправо, поднялся на ноги. Глем сделал шаг, второй, замахнулся и повалился вперёд, наступив на культяпку. Пришлось резко согнуть отставленную назад правую и кувыркнуться через голову. Снова вскочил на ноги уже метрах в двух от земляной башки повалившегося массивного тела. Преодолев желание перерубить шею, двинулся на следующую тварь. Всё равно бесполезно. Шея «бычья», почти в диаметр головы, клинок застрянет.
Упавший глем уже поднимался, тот, которому отрубил пальцы, был в полном порядке и присоединился к своим «дружбанам», Руна сжала шар до размеров школьного глобуса и выводила его из района маленького восьмиугольника. А я вдруг понял, что туплю.
Глемы двигались довольно быстро для созданий из «праха», но всё же не быстрее меня.
— Эй, чревловы отродья! — проорал я с насмешкой, хотя сердце бешено колотилось от страха и напряжения. — Ну что? Давайте! Убейте меня!
Оглянувшись на долю секунды, я обозрел круг, который мне предстояло преодолеть. Нормально. Надеюсь, когда я приведу их прямо на Руну, она закончит со своим долбаным шаром.
Отступая перебежками и сохраняя расстояние между собой и порождениями Тьмы метров в шесть-семь, я заставлял их идти за мною по кругу. Несколько раз, когда глемы начинали подозревать неладное, приходилось делать обманные атаки-выпады. Во время четвёртой такой атаки, я едва не получил дубиной в висок. Вот тут бы и приплыли — тело в одну гавань, а душа в другую. В темноте хоть и было почти невидно, но я и сам уже догадался, дорисовав картинку в мозгу — в этих глемах возможно не только земля с корешками, но и камни. Они же есть в почве, почему бы и не прихватить во время сборки? А так как камешков мало, то лучше всего собрать их в дубине.
Круг заканчивался, я почти уже не оборачивался, боясь увидеть, что Руна всё ещё занята чем-то другим. Но, сделав очередные пару шагов назад, с облегчением увидел пролетевший справа сгусток, потом ещё два. «Кулаки». Обычные «кулаки», которые я так и не выучил, считая их простенькими и не особенно эффективными заклинаниями. Другое дело «молния»! Да вот толку бить этой «молнией» в кучи земли? Только обожжёшь, да этим крепче сделаешь. «Кулаки». Вот самое лучшее для схватки с подобными тварями.
Но оказалось не всё так радужно. «Кулаки» лишь отбивали от глемов небольшие кусочки, не причиняя особого вреда. И что дальше?
На этот раз я обернулся, и удивлённо отшатнувшись в сторону, застыл. Руна собирала неизвестное мне заклинание. Туманная сфера, переливающаяся четырьмя цветами. Она даже тихонько поскрипывала, словно кто-то шёл в лютый мороз по рыхлому снегу. Хрь-хрь, мертвоватый звук.
И вдруг скрип перешёл в звонкое гудение, сфера разделилась на шесть частей, те быстро превратились в ледяные диски и метнулись вперёд бешеным роем. Я резко повернул голову вслед за ними.
Кому-то досталось по одному, кому-то по два. Ледяные диски были настолько прочны и остры, что проходили
