Проведя в шутку ритуал, он провалился в другой мир и попал в рабство. С того злосчастного дня прошло два долгих года, прежде чем у него появился шанс стать свободным. «Всего лишь убей – и я сниму с тебя клеймо раба», – приказал хозяин… Но он не смог убить. Он выбрал другой путь, который повел его в неведомое будущее…
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
зверьков. — Но времени, увы, у нас нет. Сегодня вечером будем почти у границы. Займись пока изучением «вспышки», а я вздремну чуток. Устала за эти дни.
Руна зевнула и улеглась прямо на землю, подложив под голову рюкзак.
— Впереди ещё один вечер, — выдохнула она неопределённо и закрыла глаза.
За «часок» я успел хорошенько разобраться со «щитами», а на «вспышку» потратил максимум минут пять. Зачем она мне вообще? Да если даже и понадобится, то не сегодня и не завтра, а скорее всего, вообще никогда. Разве если только снова встречу грона, но и то, для вестника Тьмы нужны плетения третьего круга. И Альтор об этом говорил, и Руна не упомянула его в числе потенциальных жертв данных мне плетений.
А вот стихийные «щиты» в скором времени наверняка пригодятся. В том же Алькорде. Против тех же стражников.
Отдохнувшая Руна снова взвинтила темп до максимума, и я за каждые десять минут умудрялся отставать примерно на полсотни шагов. Бабуля останавливалась, ждала и снова улетала вперёд метеором. Спасибо не ругала при этом. Понимала, как тяжело мне даётся совмещение переходов и изматывающих тренировок. Впрочем, и я был не в обиде, а даже испытывал огромную благодарность. Если бы не она, где бы я сейчас был? И был ли вообще?
Обедали в придорожной таверне, в полном одиночестве. Даже трактирщик, принеся заказанные блюда, куда-то удалился. Да и вообще, что-то за последний день мы не встретили ни одного человека. Об этом я и спросил, чтобы просто завести разговор. Не люблю есть в молчании.
— Здесь новую дорогу сделали, в нескольких ригах, — стала объяснять Руна, накалывая на вилку кусочки мяса и щедро обмакивая их в соусе. — От развилки на границе отходит и полукругом идёт мимо этих мест. Из-за разбойников. Шибко уж они шалили в здешних лесах. Да вот толку-то от этого ни на раз. Разбойники переместились вместе с дорогой, — Руна коротко хохотнула, — А трактирщику от этого беда. Вон и жаркое не первой свежести, чувствуешь? Подогрел, видать, вчерашнее, если не позавчерашнее.
Я согласно кивнул. Блюдо по вкусу явно не сегодняшней готовки, хотя, мне на это было наплевать. После переходов по двадцать-тридцать риг за полдня не особенно приглядываешься к тому, что ешь, а просто ешь. Уплетая за обе щеки и едва ли не ощущая, как жадно расхватывают клетки поступающие белки, углеводы и жиры.
В первый раз за время нашего совместного похода расплачиваться пришлось мне. Руна намекнула, чтобы я поторговался, прямо и даже грубо указав хозяину таверны на несвежесть блюд. Но я не смог. Мне почему-то стало жаль этого худощавого пожилого ольджурца с потерянным и грустным взглядом. Ну не виноват же он, что из-за разбойников сделали параллельный тракт, оставив его за обочиной.
Отдав золотой, что было вдвое больше нужного, отказался от сдачи и с чувством глубокого удовлетворения вышел из таверны.
— Ну, и дурак. Добреньким захотелось побыть? — буркнула Руна, когда мы сходили со ступенек, а я только пожал плечами.
Некоторые вещи трудно объяснить.
До перекрёстка, за которым начинался южный Доргон, добрались быстро. Возник он как-то неожиданно, всего риг пятнадцать прошли и вдруг воткнулись прямо в пересечение дорог. Руна остановилась возле столба с прибитой к нему дощечкой и бросила взгляд сначала вперёд, а потом уже по сторонам. Внутри же меня что-то кольнуло, потом сжалось, и вдруг ясно осознал, что всё. Вот с этого места я остаюсь один.
— Хм, — Руна дёрнула головой и проговорила с недоумением. — Что-то шибко я разогналась. Думала, только к темноте дойдём, а ещё вон и солнце не село.
— А где же обходная дорога? — спросил я, не увидев пятой примыкающей к развилке.
— Это там, — Руна указала рукой на север. — В трёх ригах такой же перекрёсток, от него она и отходит. Там и застава теперь располагается. Я специально этим путём вела, здесь ты сможешь пересечь границу совершенно спокойно и безнаказанно. А главное — бесплатно. Та-ак, — протянула она, поглядев на лесную чащобу справа тракта. Задумалась ненадолго, затем уверенно повернула голову влево и указала рукой. — Там остановимся.
Мы сошли с дороги, и под ногами зашуршала жухлая трава с опавшей листвой. Последней было пока немного, но скоро она рябящим в глазах ковром выстелет землю Ольджурии, а пока же у большинства листьев лишь пожелтела или покраснела окаемка и ещё хватает сил, чтобы держаться черешками-ручонками за родные ветви.
Углубившись в лес на полсотни шагов, мы замерли перед небольшой поляной. Руна вышла на середину её, зачем-то оглядела придирчиво траву, потом взглянула на небо, а я пока сбросил рюкзак на землю и присел на него. Тело тут же расслабилось, накатила полусонная истома. Организм уже на автомате использовал каждую секунду для
