Куда только не забросит судьба нашего человека, тем более в служебной командировке, порой в такие места, из которых выбраться сложно, а иногда и вовсе невозможно. Так, простой менеджер Сергей отправившись в командировку, попадает в незнакомое место, где заводит себе новых друзей, людей или нелюдей, с этим ему еще предстоит разобраться. В книге присутствуют сцены насилия!
Авторы: Elisa von der Recke
гораздо больше сделать своими руками, нежели тогда в первые дни хаоса. В Заречье за пятьсот лет приспособились жить без магии и прогресс стал двигаться в техногенном направлении, но не все было гладко. Где-то не хватало природных ресурсов, где-то знаний, ведь куча информации хранилась в магических хранителях, которых в одночасье просто не стало. Страна кое-как пришла в себя, король и подданные сумели обойтись без междоусобных войн, направив все ресурсы на выживание. Надзиратели и вера в создателя существовали до войны и поговаривают, что именно благодаря им удалось избежать междоусобиц.
Не ясно и с каторгой у реки. Кстати она так и называлась Река, хотя остальные мелкие речушки в стране имели названия. Так вот, на каторге собирали журик — клубни какого-то кустарника, пагубно действующего на человека. Про журик толком никто не знал, для чего его собирают и куда девают потом. В самой стране про него слышали только уголовники от бывших охранников. Судя по всему, самый верный способ там выжить — держаться от кустиков подальше, значит, на работу лучше не выходить. Вариантов два, с учетом того, что на каторгу отправляют в основном рецидивистов, которые слишком надоели местным органам правосудия. Первый — авторитеты заставляют за себя пахать других, и охрана на это закрывает глаза, по принципу, лишь бы план был. Второй — на работы гонят всех, но есть возможность подкупать охрану и держаться каким-то способом подальше от кустиков. Понятно, что мне ничего из этого не светило, шансы выжить стремились за пределы нуля далеко вниз.
Расспрашивать более детально о быте жителей я не стал. Иначе точно решат, что я идиот. Да и как это звучало бы — вы умываетесь по утрам в фарфоровой раковине или в деревянной бадье? Для аборигена вопрос идиотский, поэтому коли выживу, на месте разберусь.
В камере меня никто не трогал и не задирал, поскольку негласно я оказался под опекой Бургаса. Именно он был главным в группе. Почему меня приняли в свою семью, осталось для меня загадкой, но видимо у Бургаса были на меня свои виды, возможно даже не слишком радужные для меня. У меня неплохо обострился слух, я мог слышать почти все, о чем перешептывались сокамерники. Поскольку каторжане были только в нашей группе, то вникать в бытовые терки местных урок мне было незачем. Про меня потихоньку перешептывались, также, не понимая, зачем Бургасу я нужен. Как говорится, поживем-увидим. Пока остается только ждать. Каторжане сидели в камере уже два месяца, ожидая этапа. Поскольку княжество Ротингер находилось примерно в середине страны, заключенных начинали собирать с запада и по мере продвижения на восток дополняли свежими. Этапы не являлись регулярными, а собирались по мере скопления каторжан в тюрьмах. Но поскольку кормить бездельников никто не хочет, то этап ожидался скоро. Кстати каторжане кого отправляли на сбор журика — практически смертники. Обычных уголовников отправляли на исправительные работы. Практически любые тяжелые, либо вредные работы — типа шахт или каменоломен, считались исправительными. Шанс вернуться с исправительных работ был довольно большой, возвращались процентов восемьдесят. Как ни прискорбно было все осознавать, моя ситуация называлась — оказался не в то время, не в том месте с билетом в один конец.
Мои переживания по поводу ног и возможного заражения оказались напрасными. Все раны от ожогов заживали на мне прям, как на собаке. Буквально после каждого приема пищи я чувствовал улучшение самочувствия, если бы питание было получше, то наверняка на мне все зажило бы за пару дней. К сокамерникам с расспросами, за что они получили срок я не приставал — захотят, сами расскажут. Единственное, что с удовольствием поведали сидельцы, так это происхождение прозвища Мокрый:
К мокрухе, то есть к убийствам Мокрый не имел никакого отношения. Он оказался профессиональным вором-домушником со специализацией по богатым клиентам. На мелочи не разменивался, работал весьма профессионально, брал в основном драгоценности. Специалист не плохой, работал дерзко, проникая в дома даже пока хозяева спали. Магических ловушек в стране не существовало — технические, он успешно обходил. Подвернулась ему как-то возможность, поживится драгоценностями в одном имении на окраине города. Навел справки, проживает богатая супружеская пара со слугами, один из которых за долю малую дал наводку, где что храниться и как охраняется. Поехал он на дело с помощником на лошадях. Остановились недалеко от имения. Напарник остался сторожить лошадей с уговором через час с лошадьми пробираться к задней части имения и ждать появления подельника с левой стороны здания, где располагался черный ход. Все прошло просто отлично, драгоценности изъять удалось без труда. Когда
