выкуплю. Никогда так вкусно не питалась! Да и за порядком следят отлично — нигде ни пылинки.
— А зачем они ему?
— А я знаю? Это ж Генка! Сказал — нужны, я и нашла. Давно, правда, сказал, но тут вот случай удачный подвернулся… — слышится стук посуды.
Чего это их на жор пробило, удачно что ли начало ночи прошло?
— Так он не именно этих искал, а вообще?
— Да он вообще никого не искал, ты ж видел, это я их ему притащила.
— Где нашла-то еще? — последние звуки смазываются, явно Гришка что-то жует.
— В Яме. Бушарину зачем-то мастер потребовался, вот, заодно и присмотрела, — Наташка тоже не отказывает себе в ночном перекусе.
Гады, я ж слюной скоро изойду! Еще и запахи до моего укрытия доносятся! Жрите уже скорее!
— А чем этот Бушарин с Генкой занимается?
— Физику подтягивает, мастерят они что-то там по мелочи, опыты ставят… Я особо не вникаю.
— А чего тогда таинственность такую развели?
— Да бог с ними уже, что ты вдруг их опытами заинтересовался? Спроси вон у Генки сам завтра. Давай лучше повторим… — недвусмысленные звуки с кухни явственно показывают, что еды мне сегодня не видать.
Забавно слышать, как Григорий пытается развести Наталью на информацию. Вроде между делом, с заботой обо мне… Приму к сведенью.
В руку тыкается что-то холодное. От неожиданности дергаюсь в сторону, чудом не прошибая лбом стенку.
— Кушать, хозяин! Ван принес. Нельзя хозяин голодный, расти не будет! — еле слышный шепот принадлежит Вану — нашему штатному кашевару.
Вот как он смог незаметно ко мне подкрасться? Да еще с едой?
Бутерброд с большой котлетой одуряющее пахнет, так что отказаться нет сил. За пару недель Ван успел изучить мои вкусы, так что котлета сделана именно так, как я люблю — сочная, с хрустящей корочкой. Ммм!
— А запить?
В другую руку тут же вкладывается кружка с горячим чаем. Опять же, все как положено, в меру горячий, но не обжигающий. Фантастика!
— Спасибо, Ван. Очень вкусно. Пойду я, в комнате поем.
— На здоровье, хозяин, — и так же бесшумно исчезает в темноте коридора. Это точно какой-то навык ниндзя, надо все же приглядеться к ним повнимательнее.
Кухня по-прежнему недоступна, но теперь это меня не волнует. В хорошем настроении возвращаюсь в свою комнату, откусывая на ходу от заботливо приготовленного бутера. Определенно, жизнь налаживается!
На следующий день встаю невыспавшийся. Жизнь — жизнью , а спать надо ложиться вовремя, а не шарахаться по полночи неизвестно где. Надо было испытания все-таки на выходные перенести, но уж очень невтерпеж было, теперь вот расплачиваюсь. Одно радует — у Наташки вид еще более помятый, а вот нечего по ночам на кухне… жрать. Умоляющий взгляд подруги проигнорировать не могу — убедившись, что Григорий далеко, несколькими волнами целительной силы привожу ее в порядок.
После общего завтрака устремляемся кто куда. Наталья с Григорием — возвращать Виктора в Яму, я — в архив. Есть у меня подозрение, что мой персональный шпик хочет расспросить Жирнова по дороге, но и на здоровье — из покупки МБК я секрета никакого не делал, работали мастер с профом в отдельных помещениях — под лабораторию Бушарин сразу выгородил большой угол и никого туда кроме меня не пускал. А то, что движки нестандартные — так мало ли самоделок по Москве, я вон все еще от впечатлений с выставки отойти не могу.
По большому счету, даже и узнает что Григорий — не беда. Запретов никаких я не нарушаю, разве что сманить могут профессора, но опять же — вряд ли. У церкви наверняка есть выходы на настоящие лаборатории, где им склепают все, что душе угодно, а какой-то особой религиозности за Бушариным я не замечал.
Так в раздумьях добираюсь до места работы и потихоньку включаюсь в процесс сканирования. Сегодня на очереди документы из местного ЗАГСа. Вообще-то люди здесь в основном венчаются, но и при венчании одновременно заключается брачный договор — сугубо гражданская бумажка, типа принятого в моей прошлой жизни свидетельства о браке. Если делить будущим супругам особо нечего, то и состоит договор из одного листочка: такой-то и такая-то вступают в брак, жена вступает в род мужа, а иногда — наоборот, муж вступает в род жены и берет ее фамилию. Для мещан еще проще — без упоминания рода. Зато иногда встречаются контракты на десятки страниц, с перечислением приданого и обязанностей
