Начать сначала

или вы собираетесь провести здесь ночь, лежа на полу и обнимаясь? Мне-то все равно, я просто хочу знать, ждать мне Пакс или ложиться спать.
Питер тяжело вздохнул, а Пакстон рассмеялась и откатилась от него, волосы ее разметались, щеки порозовели от поцелуев.
— Господи, ну как тебе объяснить, что нельзя так грубо ломать людям кайф, Габриелла. — Питер знал, как ненавидела сестра это имя, и использовал его для воспитания. — Как меня угораздило влюбиться в соседку собственной сестры? — Он поднялся и протянул руку Пакстон. — Я думаю, тебе хорошо бы поспать немного, малыш. Если эта болтушка позволит тебе это сделать. Я не знаю, как ты терпишь ее.
— Я просто засыпаю, если устала.
— А она все продолжает болтать. — Они опять рассмеялись, потому что это была истинная правда. Он поцеловал Пакстон на прощание и ушел. Как только он исчез, Габби напала на нее:
— Это серьезно, Пакс?
— Не глупи, мы знаем друг друга шесть недель, и перед нами целая жизнь. Ему еще три года учиться в юридической школе, а мне целых четыре. Что может быть серьезным? — В глубине души она знала, что это всерьез, но не хотела признаваться в этом ни себе, ни Габби.
— Ты не знаешь моего брата. Я никогда не видела его таким. Он действительно заботится о тебе. Я думаю, он любит тебя. — И затем продолжила с пристальным, заговорщицким прищуром:
— Он уже признался тебе в любви?
— Ради всего святого… Конечно, нет…
Ему и не надо было делать этого. Пакстон знала, что Габби была права. Пакстон никогда в жизни не чувствовала ничего подобного. Но это счастье свалилось совсем не вовремя. Сейчас в мечтах Пакстон поиск мужчины стоял на последнем месте.
— Почему все происходит наоборот? — рассуждала Габби по дороге в постель. — Я мечтаю найти мужа, а ты нет. И что же? У тебя налицо Питер, который явно влюбился и чуть ли не делает предложение, а у меня? Ничегошеньки подобного! Один жалкий тип с волосами до плеч, который хочет поехать в Тибет со мной следующим летом, если я оплачу ему авиабилеты. А у других в это время просто рог изобилия какой-то!
— Это карма, — выдохнула Пакстон, укладываясь в темноте в постель и слушая Габби.
— А это кто еще? Это не тот парень из Свободы слова?
— Нет, это такая вещь, о которой постоянно толкует Давн.
Карма. Судьба. Рок.
— Ну, тогда это что-то вроде снотворного. Господи, ты слышала вчера, как ей было плохо. Я думала, она умирает.
— Может, она беременна? — предположила Пакстон.
— Интересно, как это она умудрилась забеременеть? Ведь она все время спит.
Посмеявшись, они отвернулись друг от друга и заснули. Это был единственный случай, когда Габби так быстро отключилась.
Она достаточно наговорилась за вечер, завтра утром ей надо было идти на занятия по современной музыке. После этого у нее планировалась еще куча дел. Через день в университете был карнавал по поводу праздника Всех Святых, она хотела успеть сделать себе костюм. Она собиралась предстать в наряде тыквы, сшитом из золотого ламе.
В этот день Вьетконг атаковал авиабазу Бьенхоа в пятидесяти милях от Сайгона, и первое серьезное военное сооружение США было разгромлено.
Пятерых американцев убили и семьдесят шесть были ранены. Джонсон, однако, не дал приказ на ответный удар. Он предпочитал не предпринимать активных действий, особенно накануне выборов. Его основной соперник — Голдуотер — поклялся разнести все к чертовой матери и окончить присутствие во Вьетнаме победой над Севером. Джонсон, наоборот, обещал не втягивать страну в пучину военного конфликта, именно это и хотели услышать американцы. Третьего ноября Джонсон одержал внушительную победу. Страна ответила отказом на угрозу Голдуотера втянуть ее в войну.
На следующей неделе Питер спросил Пакстон, как она собирается провести День Благодарения.
— Никак.
Ехать домой на пару дней — слишком далеко и дорого, хотя праздник Благодарения без индейки, приготовленной по особому рецепту Квинни, это уже не праздник. Пакстон старалась не думать об этом и решила использовать праздники для подготовки к тесту по физике, А съесть сандвич с индейкой она сможет в кафетерии, если на забудет об этом.
— Я хочу предложить тебе поехать к нам домой. Я сказал об этом на прошлой неделе маме, и она сразу согласилась, если ты ничего не имеешь против комнаты для гостей. Это позволит тебе немного отдохнуть от ночной болтовни Габби.
— Я уже научилась пропускать ее мимо ушей, — весело ответила Пакстон. — Ты уверен, что я не буду в тягость твоим родителям?
— Конечно, нет. Ведь для этого существует День Благодарения. Люди вместе объедаются, а потом смотрят футбол. Кстати, я собираюсь с папой пойти на матч в субботу,