Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
— не стал спорить и Алладин (он действительно был современным воспитанным мальчишкой и никогда не спорил со старшими). Я так и сделаю, буду ковать. Твое дело — создать основу. Понимаешь, джинн, для того, чтобы ковать, нужен первоначальный капитал. Значит так, для начала: родителям хорошую пятикомнатную квартиру в элитном районе, дачу соток пятьдесят, и чтобы в саду росли бананы, а в бассейне подогретая вода. Небольшой магазин с антиквариатом в центре города.
— Не многовато ли будет столько желаний-меланий и все сразу? — попытался остановить Алладина Гудар-Мудар.
— Не многовато, — заверил его мальчишка. — И учти, все это входит в одно мое желание, в первое… Должен же я хоть в чем-то помочь своим стареньким родителям, которые так обо мне заботятся… Да, запиши сюда еще ковер-самолет: иномарка, с прибамбасами и мигалкой.
— Мы никогда ничего не записываем, — раздраженно сообщил Гудар-Мудар по кличке Мухомор. — У нас отличная память. Надеемся, что ты закончил?
— Конечно нет. Кое что нужно еще и лично мне… — Алладин задумался. Ему надо было много чего, даже очень много. И хороший футбольный мяч, и микроскоп, и широкий кожаный ремень с медной пряжкой в виде орла, и самокат на трех колесах… И еще, он хотел завести породистую собаку, большую чем у Мустафы который жил в соседнем доме…
Что потребовал от джинна, воспитанный в уважении к старшим, Алладин для себя, и что происходило дальше, Максим, Дороша и Эмилий так и не узнали.
— О-о!.. Чьи это люди, генерала, или кого-то из баронов? — прервал рассказ Агофена Эмилий.
Максим оглянулся: из-за красивых белых березок, украшенных нежными зелеными листьями, выезжали конные. В армии Хавортии не было военной формы. Тем более, не носили форму баронские дружинники. Но эти, что выезжали сейчас из березнячка, были уж очень разномастными. Одеты — кто в куртку из добротного сукна, кто в замызганную безрукавку. Одни вооружены мечами, другие короткими копьями, третьи боевыми топорами, а некоторые просто большими шипастыми дубинами. Лошади тоже разные, и по росту, и по масти, будто набирали их из далеких друг от друга конюшен. Даже имеющий, обычно, ответ на все вопросы Эмилий, не мог понять: пришло подкрепление, или приближаются враги. Или, вообще, нарвались на какую-то шальную банду.
«Вот тебе и бабушкины грабли, — прикусил губу Максим. — Отобьемся, конечно, если что. Но опять не то…» — Он посмотрел на Агофена и сделал успокаивающий жест ладонью: — «Не торопись, мол, надо разобраться…» — Агофен кивнул. Дороша тоже понял и тоже кивнул.
Всадники неторопливо выезжали из березняка и останавливались. Скоро они создали большой круг. Максим с друзьями в центре, а вокруг них молчаливые, вооруженные всадники.
«Их пожалуй больше чем полсотни, — прикинул Максим. — С такой оравой управиться будет нелегко». — Он опять посмотрел на Агофена и развел руками: «Теперь, мол, если что, вся надежда на тебя. Я, конечно, помогу…» — Агофен понял и кивнул обнадеживающе: «не беспокойся, если что — сделаем и этих…»
Всадники окружили отряд Максима, молча, без особого интереса разглядывали путников и чего-то ждали. Наконец дождались. Из березняка выехал еще один. Этот был приодет во все новое («Шик-блеск, будто только что вышел из универмага», — отметил Максим). Желтый камзол с широкими лацканами, украшенными серебристой вышивкой, зеленые рейтузы в обтяжку, и короткие сапожки из нежного красного сафьяна («Его на перекресток поставить, хороший бы светофор получился», — не мог не отметить Максим). На голове черная вязанная шапочка, а на шее массивная цепь. Вроде бы золотая. Лошадь под ним крупная, могучая, для великана («Как с Выставки Достижений Народного Хозяйства», — похожую лошадь Максим однажды видел, когда был с классом на экскурсии в областном центре). У седла висел угрожающих размеров боевой топор. А сам всадник был невысокого росточка, полненький, кругленький, с розовыми щечками и веселыми глазками. Выглядел мирным, добрым и домашним. По тому, как остальные уступали ему дорогу, можно было понять, что он и есть командир. За командиром, не отставая, следовали трое высоких, широкоплечих, черноусых. У каждого шипастая дубина и длинный кинжал.
«И морды у них совершенно одинаковые: нахальные, разбойничьи морды. Три молодца, одинаковых с лица, — вспомнил Максим. — В мультике их два, а здесь три. Но мордовороты. И такие одинаковые, что, наверно, сами не могут разобраться, кто из них кто. Получается — опять к разбойничкам попали. А этот добрый семафор с топором — их атаман».
— Ехали, ехали, скучали, скучали… — атаман внимательно оглядел группу Максима, вроде приценивался: покупать или не покупать. — Видно сам Мухубук подарочек
