Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
— Только я не знал, что Боремба барон. Думал, просто нахальный атаман разбойников. А оказывается и этот уже барон. Ну да ничего, бывает.
— Познакомились, — влез Боремба, который опасался, как бы лепрекон не ляпнул чего-нибудь лишнего, неприятного. — Сначала не разобрались, потом перетерли… Все пучком. Лихие пацаны! Промышляют под прикрытием. Железно. Даже я купился! Думал, что они не при делах. Туристы! — Боремба искренне расхохотался. — Они Гроссерпферду уши лапшой завесили, как бархатной шторой, хитрого генерала как последнего лоха на понт взяли. Это же надо! Вегетарианцы и пацифисты, ха-ха-ха…
— Угу, мы с Борембой разобрались, — подтвердил Дороша. — Поняли друг друга.
Он посмотрел на Дробана, потом снова на Борембу. По этому взгляду бывший атаман должен был понять, что с каждым, кто станет приставать к лепрекону, будет то же самое, что случилось с мордоворотом. А то — и еще хуже. Боремба соображал хорошо. Понял.
— Мы теперь как братаны, с полным друг к другу доверием, — Боремба улыбался так приветливо и глазки его светились такой добротой, что кто-то другой не устоял бы. Дороша устоял. Не такой у лепрекона был характер, чтобы так просто кому-то поверить, а уж подружиться, тем более.
— Угу, — сказал он. И непонятно было, что стояло за этим «Угу»?
А Боремба окончательно решил, что с лепреконом следует дружить. Раз сам барон Оскарегон с уважением относится к Дороше, значит и ему, Борембе, выгодно сойтись с малышом поближе.
— Есть у меня в донжоне, на втором этаже, хорошая светлая комната. Прикажу ее коврами устелить и под башмачную мастерскую оборудовать, со всякими причиндалами, которые тебе нужны, — заявил он. — Считай, Дороша, что это твоя мастерская. В любое время приходи, и чувствуй себя там как дома. Мастери свои башмаки. Но если тебе второй этаж не подходит, ты скажи, не стесняйся. Найдем что-нибудь подходящее на третьем этаже, или на первом.
— Посмотреть надо, — выдержал характер Дороша. — Как там со светом, и вообще?..
— Будет там и свет, и инструмент, и все, что тебе для дела нужно, — не поскупился с обещаниями Боремба. — Ты приходи. Повара у меня там хваткие, без балды, не проголодаешся, — Боремба подмигнул Дороше. — Будет у меня в баронстве лучший в Хавортии мастер по башмакам, вегетарианец и пацифист.
— Так ты, Дороша, вегетарианец и пацифист? — удивился Оскарегон.
— Это не я, это у нас Бах вегетарианец и пацифист. Он Заслуженный библиотекарь Гессенского герцогства и советник герцога Ральфа, — представил Дороша друга. — Библиотекари все время книги читают. Работа у них такая. От этого постоянного чтения, все они становятся пацифистами и вегетарианцами. А Агофен дипломированный джинн. Джинны пацифистами не бывают, им профессия не позволяет. Максим, — Дороша на мгновение запнулся, не знал он, как представить Максима. — Максим свободный охотник. Недавно краснохвостого скрейга так отделал, что тот едва уполз.
— Наслышан, наслышан… Так ты и есть тот самый Гроза скрейгов, — барон с интересом разглядывал Максима. — Крокаданы почти неделю болтали про то, как ты прайд краснохвостов разогнал и хвосты у скрейгов поотрывал. Так это правда?
— Ваша светлость… — не нужна была Максиму эта сомнительная слава. — Все не так было. Встретился нам голодный скрейг. Один. Хотел позавтракать, прыгнул. Я его кулаком встретил, пару зубов выбил. Он, когда очнулся, сообразил, что позавтракать не сумеет и убежал.
— Но хвост ты у скрейга оторвал?
— Зачем он мне?! Это крокаданы выдумали!
— Действительно, зачем тебе хвост скрейга, — согласился барон. — Что с ним делать, с хвостом?.. А свалил ударом кулака?
— Да, — подтвердил Максим. — В морду ударил. Он и отключился.
— Неплохой у тебя кулак… Чтобы краснохвостого скрейга свалить ударом кулака, такого я еще и не слышал.
— Ты бы, Гергий посмотрел, как он э-э-э… обычной оглоблей банду кикивардов крушил, — послышалось у барона за спиной… — И не думай его сманивать к себе на службу. Я уже принял Максима э-э-э… старшим оруженосцем. Как только он обет свой выполнит, так и вступит в должность. А года через два мы нашего оруженосца э-э-э… в рыцари посвятим.
Барон Брамина-Стародубский прибыл с отрядом в тридцать всадников. Для того, чтобы собрать такой отряд он посадил на лошадей и кое-кого из поселян. Оруженосцем барона был, естественно, невозмутимый и исполнительный ран Ноэль.
Едва успели бароны обменяться приветствиями, как подошел еще один отряд. Возглавлял его безусый двадцатилетний юноша: крупный, мускулистый, с хищным взглядом, напоминающим взгляд молодого волка, вышедшего на охоту.
— Барон Конт Карабичевский, — представил его команде Максима
