Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
торговый путь от разбойников.
— С купцов берет плату за то что охраняет торговый путь, — сообразил Максим. — Так, что ли?
— Так. За тридцать лет вокруг его дома город вырос. Там и купцы, и постоялые дворы, таверны, мастеровые… Много разного народа там живет и кормится. Он и город этот от набегов защищает. Оскарегон теперь не столько барон, сколько управляющий городом. Ему от этого доход идет, а людям защита.
— Ага, Оскарегон стал главой средневекового города. Тогда все понятно. Действительно, улавливает и поступает.
Халепа на галопе вылетел на поляну, легко соскочил с коня, быстро подошел к баронам.
— Докладывай, — разрешил Оскарегон.
— Ваша светлость, три отряда кикивардов подходят к Пустоши, — сообщил Халепа. — Идут в строю.
— Кикиварды идут в строю? — удивился барон.
— В строю, ваша светлость, — разведчик позволил себе пожать плечами: тем, что кикиварды идут в строю, он был удивлен не меньше чем барон. — Батальон копейщиков и два батальона мечников. Общая численность — более шестисот воинов.
— Мало-ва-то, — недовольно протянул барон. — У Гроссерпферда должно быть поболее. По кустам пошарили? По балкам?
— Так точно, — подтвердил Халепа. — Те, что подходят к Зеленой Пустоши, из ближнего лагеря. Несколько далее обнаружены еще два отряда. Продвигаются сюда же, но скрытно, по балкам. Копейщики и мечники. Всего в распоряжении генерала Гроссерпферда может оказаться более тысячи воинов.
— Более тысячи… — повторил Оскарегон… — С такими силами, пожалуй, начинать можно. Но, думаю, это не все. У Гроссерпферда должно быть еще. Где остальные?
— Ваша светлость, у нас не было времени осмотреть все возможные места скопления кикивардов.
— А что прикажешь, Халепа, делать мне, если я не знаю где противник и сколько его?
— Понял, ваша светлость. Через два часа доложу все точно.
— Через час, — снизошел барон.
— Сделаем, ваша светлость! — Халепа прихватил лошадь за узду и быстрым шагом направился к своим соколам. Теперь Халепе предстояло спросить разведчиков: что по их мнению должен делать барон Оскарегон, если он не знает где противник и какими силами тот располагает?
— Что ж, бароны, отложим на время наши другие дела, пойдемте, глянем на войско Гроссерпферда. — предложил Оскарегон. — Полюбуемся идущими в строю кикивардами. Занятное должно быть зрелище.
Бароны поднялась на вершину холма, с которой открывался вид на Зеленую Пустошь. Сейчас к ней как раз и подходили три прямоугольника — впереди отряд копейщиков, за ним два отряда воинов вооруженных мечами.
— Верблюд кое-чему научил их, — признал Оскарегон. — Если смотреть издалека, похоже на строй. Но одно дело идти, другое — сражаться в строю. Не думаю, что они способны и на это.
— Не сумеют, — подтвердил Брамина-Стародубский. — Они недавно к моему замку подходили… Пытались э-э-э… взять штурмом… Толпа… э-э-э… никакого понятия о строе.
— Без опаски идут… — Боремба прищурился, губы сжались в ниточку, ноздри раздувались: не барон облеченный королевской милостью, а хищник. Так обычно рассматривал добычу атаман Боремба. — Оборзели… Сейчас и ударить бы по ним.
— На пики, в конном строю… Половину дружин потеряем, — уныло напомнил Пережога-Лебедь.
— Зачем на пики? — возразил Боремба. — По мечникам, что последними тащатся. С двух сторон, на рысях… Пока пикинеры развернуться, подойдут, там и делать нечего будет.
— И то! — подхватил Карабичевский, — с ходу врезаться. Кикиварды к строю не привыкли, разбегутся. И руби какого хочешь.
Брамина-Стародубский и Оскарегон переглянулись. Потом оба, будто договорились, просмотрели на дорогу, по которой в Пустошь входили батальоны.
— Не можем мы сейчас по ним ударить, — сказал Оскарегон. — Пока не можем.
— Мои дружинники готовы, — предложил Карабичевский. — Не знаю как другие, а мои с кикивардами дело имели. Мухугук свидетель. Нажмем — они побегут. Их и Гроссерпферд не догонит.
— Ты меня не понял, барон Карабичевский. Мы не имеем права ударить по этому войску.
— Как это не имеем права? — удивился молодой барон. — Они выступили против короля, Гроссерпферд хочет баронства уничтожить! А мы не имеем права?!
— На каком основании ты, барон Карабичевский, э-э-э… хочешь выступить против верного слуги короля Пифия Седьмого, э-э-э… прославленного генерала Гроссерпферда? — задал неожиданный вопрос Брамина-Стародубский.
— Какой он верный слуга?! — возмутился Карабичевский. — Генерал Гроссерпферд поднял мятеж против короля.
— Ты можешь доказать, что Гроссерпферд поднял мятеж? — поинтересовался Оскарегон.
