Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
баронов предложение генерала Гроссерпферда супер лейтенант. Донес и стал ждать ответа. Бумбер понимал, что от такого предложения не отказываются: всего лишь сложить оружие а вместо этого получить покровительство генерала Гроссерпферда.
Бароны внимательно выслушали парламентера. Лица их стали серьезными и задумчивыми.
— Это все, что просил передать генерал Гроссерпферд? — поинтересовался Оскарегон.
— Так точно! — подтвердил Бумбер.
— М-да… Выбор у нас невелик. Значит: или-или?
Бумберу хотелось выдать генеральское «Ну-у!». Но Боремба смотрел на него злыми глазами, и Бумбер не стал говорить «Ну-у!»
— Так точно! — сказал он. Но сказал очень уверенно и очень твердо.
Что станем делать, бароны? — спросил Оскарегон. — Что думаете?
А Бумбер вдруг понял: лица у них вовсе не задумчивые, а самоуверенные. Противные самоуверенные, нахальные и заносчивые баронские рожи. Они не сложат оружие… Они сейчас прекратят всякие переговоры и прикажут ему убираться отсюда. Бумбер вспомнил слова генерала: «Если ты не продержишься там до тех пор, пока к баронам придет подкрепление, я разжалую тебя в капралы, без права дальнейшего повышения в чинах». А подкрепление к баронам еще не подошло.
Предчувствие не подвело супер-лейтенанта.
— Ничего хорошего, — сказал Брамина-Стародубский. — Непочтительное отношение к Королевскому Дому и э-э-э… неуважение к сословию баронов.
— Вешает нам лапшу на уши! — возмутился Боремба. — Хочет из нас лохов сделать. Честь баронов не позволяет нам слушать такое.
— Молодой еще, глупый, — пожалел супер-лейтенанта Пережога-Лебедь. — Задурили парню голову, и крокаданов наслушался, вот его и несет.
— Нахал и дурак, — коротко отозвался Карабичевский и посмотрел на березу.
Бумбер был потрясен. Бароны, оказывается, ничего не поняли. Они упрямы, невежественны и глупы. Отказаться от покровительства самого генерала Гроссерпферда!?
— Как считаешь, барон Брамина-Стародубский, что нам теперь с этим супером делать? — спросил Оскарегон.
— За неуважение к сословию баронов, как за попытку отрицания субординации, установленной королевскими Указами, нарушитель подвергается э-э-э… повешанью, — сообщил Брамина-Стародубский. — В случае обрыва веревки, подвергается повешенью вторично и далее, сколько необходимо раз, до положительного результата.
— Я хотел как лучше для вас… — прорвался Бумбер. — Но Карабичевский так посмотрел на него, что продолжить супер лейтенант не смог.
— А если нарушитель парламентер? — поинтересовался Оскарегон. — Парламентеров, кажется, не вешают.
— Совершенно верно, э-э-э… не вешают, ваша светлость, — подтвердил Брамина-Стародубский. — Но если парламентер представляет э-э-э… мятежников, в таком случае вешают. Это подтверждено в соответствующих Указах короля Пифия Четвертого, э-э-э… затем Пифистрата Шестого.
Странные мысли приходят в голову человеку, которого собираются повесить. Бумберу почему-то особенно неприятным было узнать, о том, что, если веревка порвется, то следует вешать до положительного результата. Это для кого же такой результат положительный? Бумбер мечтал героически погибнуть в бою, в жестоком сражении, с улыбкой на устах. Но если его повесят, то героически погибнуть в бою не удастся. И какая может быть улыбка, если шею тебе сдавила веревка? Кукиш, который предусмотрительно сложил Бумбер, чтобы предохраниться от козней врагов не помогал. Что-то надо было делать, и супер лейтенант сложил второй кукиш, правой рукой. Два кукиша, все-таки надежней, чем один. Так и стоял перед баронами, вытянувшись во весь рост, застывший, с гордо поднятой головой и двумя предохраняющими кукишами. Ему не хотелось быть повешенным. Он надеялся на чудо.
Барон Оскарегон наверно почувствовал преграду из двух кукишей.
— Может быть пока не будем вешать, — предложил он.
— Это почему, ваша светлость? — Карабичевский был уверен, что вешать Бумбера надо.
— Молодой еще, жизни не знает. Наверно крокаданов наслушался… Крокаданов слушаешь? — спросил он у Бумбера.
— Так точно! — Бумбер держался мужественно, как и положено супер лейтенанту с правом ношения кружевного воротника. — По приказу генерала Гроссерпферда — каждое утро присутствую на агитчасах с активным прослушиванием сообщений крокаданов.
— Видите, каждое утро, — Оскарегон с сожалением смотрел на парламентера. — Активно прослушивает. От этого у него в голове такая каша. Если его сейчас не повесить, возможно, со временем, поумнеет.
— Вряд ли, — не согласился Брамина-Стародубский. Мы в его годы уже сражались за Мудрого
