Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
воевать бусурман, ляхов и других ворогов. Новичков в Сечь принимали только в том случае, если те были мужчинами, умели драться на саблях, осушали единым дыхом чарку горилки, правильно крестились и знали Отче Наш.
Известно также, что запорожцы одно время вели переписку с турецким султаном Махмедом Четвертым.
Султан в своем послании, сообщал запорожцам, что он Владыка Блистательной Порты, Сын Ибрагима Первого, Брат Солнца и Луны, Внук и Наместник Бога на земле, царь над царями, властитель над властителями а также несравненный рыцарь. В связи со всеми этими достоинствами, Махмед Четвертый повелевал казакам, сдаться и своими нападениями более его величество не беспокоить.
Ожидаемого султаном впечатления, это письмо на запорожцев не произвело. Народный художник Илья Ефимович Репин в своей исторической картине, сумел ярко запечатлеть момент, когда запорожцы писали ответ турецкому султану (размер картины: 3,58м. на 2,03м.). В своем, не отличающимся особым дипломатическим тактом послании, запорожцы отказались сдаться, обозвали султана чертом турецким, сукиным сыном, козолупом, свинопасом, разными другими нехорошими словами и усомнились в его рыцарских достоинствах. Так и написали: «Какой ты к черту рыцарь, если не можешь голой жопой ежа раздавить!?»
У султана было два выхода: или наказать запорожцев, или доказать, что он все-таки рыцарь. Известно, что похода против казаков он не затеял. Доказал ли турецкий султан Махмед Четвертый, что он рыцарь — неизвестно.
Что касается запорожских казаков, то все они, до единого, были рыцарями. Краеведы отмечают, что в окрестностях Запорожья до сих пор ежи встречаются чрезвычайно редко.
32. Максим вспомнил лихие девяностые. Это было время, когда братки щеголяли в малиновых пиджаках, и на шее каждого из них красовалась золотая цепь. Время, когда прокуроры крышевали подпольные казино и судьи выносили приговоры не по Закону а по Понятиям. Время, когда воры в законе жаловались на беспредел, а сявки качали права. Время, когда управляющие грабили свои банки, а бандиты становились банкирами.
Одним из символов тех времен и был раскаленный утюг.
Возможно, стихи поэта Иртеньева как раз об этих лихих девяностых:
Гуляли мы по высшей мерке,
Ничто нам было нипочем,
Взлетали в небо фейерверки,
Лилось шампанское ручьем.
Какое время было, блин!
Какие люди были, что ты!
О них не сложено былин,
Зато остались анекдоты.
33. Сейчас все знают, что «индейцы» — это не в Индии, а в Америке (в Индии индусы). А в шестнадцатом веке об этом даже не подозревали. В те далекие времена, во всей Европе, нельзя было найти ни одной приличной географической карты мира и даже самые просвещенные европейцы не имели никакого представления об Америке. Когда испанские мореплаватели увидели Америку, они были уверены, что прибыли в Индию, потому и посчитали местных жителей индейцами.
А в Америке, несмотря на большое количество различных обезьян, человек вообще не произошел (если бы, в свое время, догадались спросить об этом у Чарльза Дарвина, он бы вероятно сказал, что там просто не оказалось подходящей обезьяны для дальнейшего происхождения). Но в Америке имелось много диких животных и диких растений. В прериях паслись бесчисленные стада бизонов, а охотится на них было некому. Просторы Южной Америки, особенно в бассейне реки Амазонки, заросли такими густыми джунглями, что ходить по ним, особенно ночью, было совершенно невозможно.
По данным современной науки, много тысяч лет тому назад жители Алтая, которым захотелось что-нибудь открыть, двинулись на восток, добрались до самого мыса Дежнева, (в те времена он еще так и не назывался) и перешли через ледяной «Берингов мост» (который тогда тоже так еще не назывался). Эти алтайцы открыли необитаемую Америку, стали в ней жить и постепенно превратились там в аборигенов.
Они жили в вигвамах, ходили в мокасинах и охотились на бизонов. И еще у индейцев были небольшие топоры — томагавки), с которым они уходили на тропу войны. Время от времени, индейцы зарывали томагавки в землю. Тогда они переставали воевать, садились в кружок, и коллективно курили трубку мира, передавая ее из рук в руки (у индейцев тогда уже был табак, а о том, что курить вредно, они еще не знали). В свободное время, когда не надо было ремонтировать вигвамы, охотиться на бизонов и воевать с соседями, индейцы ловили орлов, выдергивали у них из хвостов самые хорошие перья и делали из этих перьев красивые головные уборы. Об этом, и о многом другом из жизни индейцев, написали интересные книги Фенимор Купер и Майн Рид.
34. Учитель Агофена Муслим-Задэ
