Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
пирогом с капустой? — поинтересовался он.
Максим воспринял это предложение как глупую шутку и помолчал.
— Может быть глоточек прохладного кирандо, — предложил Агофен.
— Я не хочу прохладного кирандо, — рявкнул Максим. — И помолчи. Я сейчас освобождаюсь от тяжелых мыслей.
— Очень хорошо, — похвалил Максима Эмилий. — постарайся сделать это побыстрей. Нам пора идти.
— Я уже почти готов, — Максим старался, а тяжелых мыслей, почему-то становилось все больше. Но не оставаться же вечно в этой дыре: одна половина на Тропе гномов, другая — на свежем воздухе. Выход один: плюнуть на тяжелые мысли и обмануть джинна. — Освобождаюсь!.. — сообщил Максим. — Еще пару секунд… Так… Так… Вот и все, ни одной тяжелой мысли не осталось. Можешь действовать. Только осторожно.
— Слушаю и повинуюсь, о алмаз моего сердца!
Джинн взял Максима за ноги и толкнул. Вообще-то, Агофен сделал это достаточно, осторожно. Но осторожно, в понятии джинна, у которого сил не меряно. Максим, как пробка из горлышка бутылки, вылетел из тесного лаза и проехался животом по каменному полу. Дороша успел отскочить в сторону.
— Ты что делаешь, балда! — возмутился Максим. — Больно же! Все бока оборвал! И живот оцарапал!
— Главное — получить положительный результат, — рассудил джинн. — Я не мог оставить тебя, мой целеустремленный друг, в этой дырке на растерзание злым скрейгам у которых ты вознамерился оторвать их прекрасные хвосты. А твои царапины зарастут раньше, чем ночное светило трижды скроется за вершинами Запредельных гор.
— Плохо быть большим, — посочувствовал Максиму Дороша. — Если бы вы все были нормального роста, как лепреконы, мы бы уже далеко ушли.
— Ладно, — Максим осторожно провел ладонями по оцарапанному животу. — Чего уж теперь?… Но учтите, больше я в такие дырки не полезу, — и с немалой долей злорадства добавил: — А теперь ты, Агофен. Полезай в дыру, и отбрось все тяжелые мысли. Говорят, это очень помогает.
Дырка в скале была явно мала для Агофена. Но джинн сохранял спокойствие. Он, не спеша, снял чалму и передал ее Дороше. Потом, так же, не спеша, аккуратно сложил халат и тоже передал. За халатом последовали бутыли с соком.
— Давай, не тяни, — поторопил его Максим. — Если что, Эмилий тебя подтолкнет, а я стану тащить за уши. Будь уверен, на растерзание злым скрейгам, у которых я не собираюсь отрывать хвосты, мы тебя не оставим.
Эмилий с интересом смотрел на джинна, ждал, когда тот полезет в щель. Из дыры выглядывал Дороша.
Но Агофен разочаровал друзей. Он лег перед лазом на землю, сунул в него голову, повертелся раз-другой и протолкнул плечи, затем, извиваясь как змея, перелился в туннель. Тащить его за уши не пришлось, о чем Максим искренне пожалел.
— Такого я еще не видел, — признался Дороша.
— Что тут удивляться, — рассудил Максим. — Он же джинн. Это волшебный прием. Любой джинн так сумеет.
С трудом в туннель протиснулся Эмилий.
— Можем следовать дальше? — спросил он.
— Подожди, — остановил его Максим, — дай разобраться. Мне ведь еще и обратно через эту дыру протискиваться. У тебя, Дороша, на обратную дорогу, какой-нибудь другой путь есть, запасной?
— Мы обратно другим путем пойдем, по обычной дороге, — объявил лепрекон.
— Почему не этим? — поинтересовался Эмилий.
— Тропа гномов ведет только в одну сторону, туда, значит, к границе. А обратно она не ведет. Придется идти кружным путем. Через Запредельные горы.
— Вот и хорошо, — обрадовался Максим. — А вылезать нам тоже придется через такую гномовскую дырку?
— Нет, — успокоил его Дороша. — Выход у этой тропы нормальный. Те, кто проходил здесь, говорят, что выход нормальный, — поправился он. — А вообще, с Тропами гномов всякое бывает.
Вопреки опасениям Максима и Агофена, Тропа гномов оказалась вполне приличной: ровной, гладкой, без выбоин. Широкой, и высокой, можно были идти не пригибаясь. То ли гномы со свойственной им аккуратностью проделали этот туннель в скалах, то ли сама природа постаралась, а гномы потом все довели до кондиции. Неприятный запах вскоре исчез, а сверху в своде имелись небольшие отверстия, служившие и для вентиляции, и для освещения. Не то, чтобы было светло, как днем на улице, но вполне достаточно, чтобы видеть дорогу и все, что окружает ее.
Приблизительно в получасе ходьбы, друг от друга, на Тропе стояли небольшие скамеечки и столики. А возле них из скалы пробивались маленькие роднички, вода из которых затем исчезала в полу. Здесь, при желании, можно было присесть отдохнуть и подкрепиться.
— Умеют гномы устраиваться, — оценил Максим.
— Хозяйственный народец, — подтвердил Эмилий. — И работают много. Они в нашем
