Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
которым, естественно, хотелось, чтобы торжество их дела наступило как можно быстрей, довольно загорланили:
— Слава атаману Гвадирогу! — кричали одни.
— Слава Максиму, — кричали другие.
— Слава герцогу!
— Слава нашему покровителю, Всемогущему Мухугуку! — заорал атаман, и разбойники дружно поддержали его:
— Слава Всемогущему! Слава Мухугуку! Слава Четырехрогому!
Загогульский поднял руку и все мгновенно замолчали.
— Но пока мы должны хранить прибытие к нам послов герцога Ральфа в полном секрете. Поняли?
— Поняли! Хранить в секрете! — дружно заорали разбойники. Их преданность атаману и стремление хранить секрет хорошо были слышны на другом конце леса.
— Сейчас, чтобы вы поняли, какой у нас союзник, Максим кое-чего покажет.
Максим насторожился, показывать он ничего не собирался. И представить не мог, какая идея взбредет в голову атаману, которого постоянно заносило.
Загогульский оглянулся, пытаясь что-то увидеть, не увидел и дал поручение адъютанту.
— Штырь, быстро найди самый большой лом и принеси его сюда.
Штырь исчез, но через считанные секунды, появился со здоровенным ломом и попытался отдать его атаману. Атаман отстранил его движением руки и снова повернулся к народу. А Максим смотрел на этот спектакль и не мог понять, что его лучший друг Гвадирог затеял.
— Вот, — красивым жестом указал атаман на лом, — вы все знаете, какой он тяжелый и крепкий. Теперь посмотрите, что сделает с ним наш могучий гость! И он не менее красивым жестом указал на Максима.
До гостя только сейчас дошло, что атаман не до конца доверял ему, не был уверен, что он и есть тот самый Максим, отрыватель хвостов, славу о подвигах которого разнесли крокаданы. И сообщениям крокаданов он тоже знал цену. Поэтому решил прилюдно устроить Максиму экзамен. Получится что-то, авторитет атамана еще более возрастет. Не получится — он объявит, что предчувствовал это, назовет Максима и всех остальных самозванцами, и отдаст их на расправу разбойникам. А Баха продаст и опять выигрывает. Потому что атаман Загогульский самый проницательный, и самый умный. Он разгадал козни обманщиков и пресек…
«Тебе цирка захотелось? Я тебе устрою цирк!» — решил Максим.
Он взял лом из рук Штыря… Лом, действительно, был очень крупным. Максиму вообще-то с ломами дело приходилось иметь всего раза два-три, когда во дворе строительного колледжа сажали деревья. Но там был, можно сказать, ломик. Штырь же принес лом-великан.
— Хороший лом, — оценил Максим железяку. — Гвадирог, будь другом, пока я мысленно собираюсь с силами, покажи его народу, пусть все посмотрят и убедятся, что он настоящий.
Гость с простодушной улыбкой всучил лом атаману. Тому ничего не оставалось, как взять его.
— Подними повыше, чтобы все видели, — Максим поднял руки атамана с зажатым в них тяжеленным ломом. — Вот так и держи. — Всем видно?
— Всем! — рявкнула толпа.
— Хотите, чтобы я его согнул?
— Хотим! — толпа была единодушна. Толпа жаждала зрелища.
Атаман вынужден был держать лом на вытянутых руках. Максим видел, как лоб Загогульского покрывается потом.
— Согнуть в дугу? — тянул он время.
— В дугу! — радостно подхватили разбойники.
У Максима было еще несколько вопросов по поводу того, что делать с ломом, которые он собирался не спеша обсудить с разбойниками, чтобы атаман мог полностью насладиться весом железяки. Но это же был Загогульский. Когда ему стало слишком тяжело держать лом, он просто опустил его.
— Действуй, Максим, — Загогульский ловко всучил лом гостю.
Небольшое, удовольствие Максим все-таки получил. Он принял лом и тоже поднял его над головой.
Толпа ждала. Разбойники знали, что такой лом согнуть невозможно. Многим из них этот лом был хорошо знаком. Во время строительства домов и особенно землянок они немало понянчили его.
Максим подержал лом над головой, потом опустил его, не особенно напрягаясь, согнул и медленно, чтобы все могли видеть, как он это делает, завязал концы узлом. Подумал немного и сделал второй узел.
Разбойники молчали. Они видели, как Максим завязывал лом узлом, но понимали, что это невозможно. А раз он завязал, то это не лом, а какая-то хитрая липа.
— Кто желает, может развязать, — предложил Максим и передал железный бантик ближайшему разбойнику.
Толпа тут же окружила лом, каждый хотел проверить, в чем их т накололи? А если не накололи, то хоть бы дотронуться до загнутой в крендель железяки, чтобы потом можно было сказать: «Да я своими руками держал этот лом!»
Неизвестно сколько это продолжалось бы, но вмешался атаман.
— Все! — заявил он.
