Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
— Передайте лом сюда. Штырь, прими! Лом будет стоять у меня в штабе. Это будет сувенир силы, сувенир нашего отряда, узел нашей дружбы.
Толпа встретила это предложение с энтузиазмом.
— Из уважения к вам, с благодарностью за доброе к нему отношение и в знак вечной дружбы, Максим дарует всем вам право, два раза в году свободно охотиться в его лесах и добывать там зверя, какого только пожелаете. Без лицензии! Но запомните, только два раза в году!
Разбойники, от такого к себе доброго отношения со стороны силача-героя, пришли в восторг и, не умолкая, выкрикивали здравицы в честь гостя.
— Сейчас разойдитесь, нашим дорогим гостям надо отдохнуть, перекусить и посовещаться. Разговор у послов, сами понимаете, секретный. А вы помните, что бывает с теми, кто узнает чужие тайны.
Разбойники, видимо, хорошо это помнили, потому что быстро разошлись.
— Ну, Гвадирог, повтори-ка, что ты в отношении моих охотничьих угодий говорил?! — сердито посмотрел на атамана Максим.
— У тебя что, есть свои охотничьи угодья? — удивился Гвадирог.
— Нет у меня никаких лесов и никаких охотничьих угодий.
— Я так и думал, — не смутился атаман. — Поэтому и пригласил их охотиться.
— В лесах, которых у меня нет!
— Но всего два раза в году.
— А если они придут?!
— Да ты что? Какой идиот потащится охотиться в твое герцогство. У нас, здесь, в лесах, зверья и дичи — девать некуда.
— Зачем ты им это сказал?
— Чтобы сделать ребятам приятное. Халява (36) — это, Максим, мечта человечества. Обещай им халяву, и они пойдут за тобой на край света. Им сто лет не нужна охота в твоих лесах. Но халява! И они сразу посчитали тебя своим благодетелем. И стали любить тебя, как родную маму. Так что, все в порядке… Видишь тот крайний домик? Я приказал его освободить для вас. Отдыхайте. Туда вам ужин уже принесли. А как дальше быть, потом подумаем, время у нас еще есть.
Максим вернулся к друзьям, которые ожидали его на поляне.
— Вот и все, — сообщил он. — Основные вопросы мы с атаманом решили. Теперь отдыхаем. Крайний домик отдали в наше распоряжение. И ужин уже принесли туда.
Комната, в которую они вошли, была просторной и чистой. Потолок высокий, окна большие, на стенах несколько звериных шкур. Посреди комнаты длинный стол, уставленный различной едой, возле него широкие скамейки. У стен тоже скамейки, накрытые звериными шкурами. На одной из них стояли малиновые туфли Агофена, тут же лежала его чалма. Развернутая и аккуратно сложенная. Здесь стоял и ранец лепрекона. Джинн, естественно, прежде всего, сунул ноги в туфли и намотал чалму. Дороша стал проверять содержимое ранца. Лепрекон хмурился, что-то шептал, что-то перекладывал.
— Взяли что-нибудь? — спросил Максим.
— С чего бы это они взяли? Если бы кто взял, он бы у меня потом полгода кашлял.
— Значит, все на месте?
— С чего бы это, — продолжал бурчать лепрекон, не вынимая рук из ранца… — Они все здесь лапали. А не соображают, где какая вещь должна находиться, не понимают, что каждый инструмент свое место знает. И руки у них не из того места растут. Из зада у них руки растут. После этих раззяв все укладывать надо.
На столе, на большущем деревянном блюде, лежал зажаренный целиком кабанчик. А вокруг него горками расположились различные овощи и травы, которые должны были, вероятно, служить приправой к мясу. Но в центре стола находился не аппетитный кабанчик, не диковинные местные овощи. В центре стола стояла небольшая тарелка с макаронами.(37) Толстыми, длинными макаронами, точно такими, какие мать иногда варила Максиму на завтрак. До сих пор, в Гезерской герцогстве, макароны Максиму не встречались и он о них не скучал. А еще на одном блюде горкой лежали какие-то лепешки, не то пшеничные, не то овсяные. Тут же стояли большие глиняные кувшины.
А вилок (38) на столе не было, ни одной. К этому Максим привык еще при дворе герцога Ральфа. Вилку здесь еще не изобрели. Не было на столе и ножей. Естественно, разбойники считали, что у каждого нормального человека нож должен быть при себе.
— Ну, прямо Шведский стол, — оценил Максим.
— Еще известно, можно ли все это есть, — проворчал Дороша. — Они и отравить могут.
— Вполне могут, — поддержал его Агофен. — Ты, Дороша, посиди пока в сторонке. Если мы не отравимся, тогда и ты сумеешь поесть. Я думаю, от кабанчика тебе что-нибудь останется.
— Да что уж, — отказался сидеть в сторонке Дороша, — умирать так всем вместе, — он закрыл ранец, подошел к столу и оторвал у кабанчика заднюю ногу.
Агофен и Максим тоже с удовольствием взялись за хорошо прожаренную молодую свинину. А Эмилий увлекся овощами и травами.
Ели с удовольствием. Все основательно
