и все двести. Он понимал, что такого быть не может. А что-то нашептывало ему: «Ты попробуй, попробуй еще раз». Попробовал, и снова поднял. Опустил и задумался. С чего бы это? И тут же решил: «Пчелы! От пчелиных укусов произошло необъяснимое для науки явление: он стал силачом»…
Почувствовать себя силачом в двадцать лет вовсе не плохо. Можно ударом руки разбивать кирпичи, можно подковы гнуть. Но на даче не было ни одного лишнего кирпича. Что уж тут говорить о подковах. Времена наступили такие, что не только на даче, но и во всем Крайнем подковы не найдешь. Максим решил, на первое время, ограничиться бочкой. Он поднял «ржавую посудину» и понес ее к старой калитке, что находилась у дальнего забора дачи. Оттуда до свалки всего и было метров полтораста.
За калиткой Максим остановился, вылил из бочки воду, опять подхватил ее и только сейчас заметил, что вышел он куда-то не туда… За калиткой должна находится лужайка, заросшая густой травой. За лужайкой — кустарник, а дальше, что-то вроде небольшой рощицы. И у этой рощицы — свалка, которую устроили дачники. Но никакой лужайки не было, и ни кустарника, ни рощицы, ни свалки. Впереди виднелась узкая тропинка, которая вела к аллее… К шикарной аллее, какой не только поблизости от хилого дачного кооператива «Педагог» не могло быть, но и в самом Крайнем. Два ряда высоких развесистых каштанов, между ними широкая дорожка, на дорожке скамейки. Максим ничего не мог понять. Не может здесь быть никакой аллеи… Потом его осенило: это же мираж! Редкое атмосферное явление природы. Никогда в наших местах такого не бывало, надо смотреть, пока не исчез. И он смотрел, старался все запомнить, чтобы потом рассказать… Затем на миражной аллее появились гномы. Самые настоящие гномы: носатые, бородатые, в красных штанах, желтых курточках и черных колпачках. Как в сказке про Белоснежку. Только не семь, а всего два. Шли они совершенно спокойно, как будто каждый день гуляют здесь, возле дачного кооператива «Педагог», и о чем-то разговаривали. Офонареть можно!
И Максим сообразил, что это не мираж. Потому что ни в один мираж, гномы забраться не могли. Они не существуют. Это у него после пчелиного агрессивного нападения сон такой. Легкую бочку и каштановую аллею он видел во сне. И участок вскопал во сне. С чего бы это он так бодро за лопату ухватился? Приснится же такая ерунда… И бородатые гномы в красных штанах… Он ущипнул себя за бедро. Щипок отозвался болью. Значит не спит. Оглянулся на калитку. Калитка находилась, как ей и положено, на своем месте. Старая, с потемневшими от времени досками, калиточка. Максим тут же нырнул в нее и оказался на своих шести сотках. Здесь все было знакомым, привычным и родным: и старое кресло под яблоней, и грядка клубники, и домик, напоминающий курятник. А в углу участка нахально торчали высокие листья родного хрена. Вроде, все в порядке, и нечего паниковать. А как быть с аллеей и гномами? Максим вернулся к калитке, посмотрел поверх нее. И здесь все в порядке: лужайка, кустарник, рощица… Он осторожно открыл калитку, переступил. Лужайки и рощицы нет, а аллея есть. Гномов, правда, тоже нет…
И Максим подумал, что он, кажется, вляпался в историю совершенно другого рода. Последнее время по телевидению много рассказывали, о людях попадавших в другое время или в параллельный мир. Происходило это всегда не очень приятным способом: одних похищали пришельцы и увозили на скоростных НЛО, других чем-то стукали по голове, они теряли сознание, а затем оказывались в будущем или в прошлом, как янки при дворе короля Артура, третьих уносило в параллельное пространство после удара молнии… И еще какие-то малоприятные способы были… Максим во всю эту чепуху не верил. Фантастика. А что прикажете думать сейчас? Откуда взялись гномы и аллея с каштанами? Его, Максима, никто не похищал, по голове его не били и молнией его не шарахнуло. Не иначе, опять пчелки… Между прочим, тоже малоприятные. Неужели какие-то пчелиные укусы отправили его в будущее? Иди в прошлое? Быть такого не могло. Не верил Максим всем этим рассказам, про перемещения. И в том, что он сам куда-то переместился, тем более, верить не хотел.
Три раза выходил Максим из калитки и три раз возвращался на дачу. Все оставалось по-прежнему. С одной стороны — родная дачка, укроп, хрен и старое кресло, с другой стороны — аллея, каштаны, скамеечки… Надо было плюнуть на это, пойти в свой курятник и лечь спать. А там, глядишь, рассосется. Но у парня, очевидно, было довольно густо с генами коренного крайнинца и он решил разобраться в этой дурацкой круговерти. Максим в четвертый раз вышел из калитки, оглянулся на свой участок, на свой родной дачный кооператив «Педагог» и направился к неведомой аллее.
На аллее никого не было. Никаких